Книга Олигарх, страница 44 – Юлия Бузакина

— Пошла вон из «АРТАМАСА»! Ясно тебе?! — прокричала мне в лицо она. — Не смей рядом с Русланом тереться!

Я даже не успела сфокусировать взгляд, как у лица щелкнул складной нож.

— Я слов на ветер не бросаю, поняла? — сжимая мое горло второй рукой, прошипела соперница. — Если не хочешь лишиться своего смазливого личика, пиши заявление об уходе завтра же! Иначе никакая пластика вернуть лицо не поможет! О конкурсах красоты и телевидении забыть навсегда придется!

Тонкое лезвие уже коснулось щеки, как вдруг за спиной послышался рык Тараса.

— Э! Я не понял, это что здесь такое?

Нож исчез. В тот же миг, как будто его и не было. Блондинка выпустила меня из плена своих цепких пальцев и холодно улыбнулась.

— Мужчина, вы дверью ошиблись. Вам не место в женском туалете.

— Пошла отсюда! Живо! — хрустнув костяшками пальцев, пошел в наступление Тарас. — Еще раз на девятом этаже тебя увижу, пеняй на себя!

— Ты мне угрожаешь?! Что ты себе позволяешь, быдло боксерское?! — взвизгнула та.

Зрение, наконец, полностью восстановилось. Перед глазами всплыла надпись на бейджике: «Финансовый директор, Кузнецова Яна Анатольевна». Видимо, Яна Анатольевна не знала, что ко мне приставили охрану, и решила избавиться от меня с помощью проверенного метода — просто запугать.

Только, видимо, охране Тихонов платил зарплату не зря.

Тарас не медлил. В тот же миг грубо толкнул финансового директора к выходу из дамской комнаты.

— Давай, пошла отсюда! Или показать, где лифт? — назидательно рычал боксер.

— Я тебе еще устрою! — зловеще пообещала ему моя соперница, и дверь дамской комнаты захлопнулась.

Я втянула грудью воздух. Сердце колотилось в висках, затылок ныл от боли, а руки жалко дрожали.

На меня еще никогда не набрасывались вот так, исподтишка, да еще и с ножом.

«Это только начало», — растерянно взглянув на себя в зеркало, подумала я. Не отвяжется же она. Никак не отвяжется. Я ей дорогу перешла. А такие, как она, соперницам не прощают побед.

— Ксюша, ты живая? — ввалился в двери Тарас.

— Вроде живая… — пробормотала я. А чувство было такое жуткое, что хотелось бежать из «АРТАМАСА» без оглядки. Вычеркнуть из жизни этот эпизод, и начать все сначала.

— Не расстраивайся. Она больше не посмеет к тебе прикоснуться, — пообещал боксер.

только я ему не верила. Если захочет, из-под земли достанет. У моего подъезда двери хлипкие. А в квартире и того хлипче.

Мы закрыли двери приемной и скоро уже спускались на лифте вниз, на подземную парковку.

— Что же мне делать? — с горечью взглянула на Тараса я. — Она меня теперь со света сживет…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Говорю же, не посмеет, — по-дружески обнимая меня за плечи, криво улыбнулся Тарас. — Она без свидетелей хотела. А тут неполадочка вышла, засветилась.

— А если бы она меня порезала? — обреченно всплеснула руками я. — Что ей стоит подговорить кого-нибудь? Гопники местные, те за пять тысяч рублей что угодно отмочить могут!

— Ксюша, говорю же, успокойся. Ее дядю Руслан Георгиевич ой, как за яйца держит. Шаг не туда, и пойдет на нары.

— Он так со всеми? Придумывает уголовные дела и запугивает людей?

— Придумывает? Нет, Ксюша, не придумывает. Чтобы нашу администрацию в узде держать, придумывать ничего не надо. Они таких дел успели наворотить, что сами себя боятся.