Книга Олигарх, страница 31 – Юлия Бузакина

— А вот так! — старушка развернулась к нему. — Какой же нормальный начальник заставляет работать по субботам до полуночи работать?!

Она смотрела на него еще несколько мгновений и узнала.

— Ах, ты, прохвост! Да это же ты и есть!

Размахнувшись, бабуля с силой ударила его зонтом. Попала по плечу, да так ощутимо, что от неожиданности он вздрогнул.

— Знаешь, чем я в школе таких нерадивых, как ты, гоняла? У меня палка дома до сих пор стоит! Жаль, что не захватила! — продолжая колошматить его зонтиком, брызгала ядовитой слюной она.

Подоспела охрана. Под любопытными взглядами проходящих мимо сотрудниц из бухгалтерии охранники начали оттаскивать ее от Тихонова.

— Не смей к ней прикасаться, змей! Ясно тебе?! Иначе я от твоего офиса камня на камне не оставлю! Ксюшу мою я не для того растила, чтобы вот такие, как ты, потом лапы свои загребущие к ней тянули!

Тихонов растерянно потер ушибленное плечо. На них таращились со всех сторон. Кто-то бурно шептался, кто-то щелкал из ряда вон выходящее происшествие на сотовый телефон.

Два огромных охранника упорно тащили брыкающуюся старушку к выходу. Тихонов что-то тихо сказал третьему, стоящему на вахте. Тот понимающе кивнул и перешел в наступление на любопытствующих. Особо рьяно щелкающего камерой схватил за грудки и швырнул телефон о пол. Тихонов с презрением подошел. Наступил на дорогостоящий айфон подошвой сверкающей кожаной туфли и поднял тяжелый взгляд на уличенного в чрезмерном любопытстве сотрудника.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Алексей, вы здесь больше не работаете, — громко, чтобы слышали остальные, произнес он. Следом раздался хруст несчастного телефона.

Алексей, мгновенно побледневший, бросился извиняться.

— Больше не повторится, Руслан Георгиевич! Клянусь, не повторится!

— Через полчаса чтобы вас здесь не было! — грубо перебил его Тихонов.

Девицы из бухгалтерии, испуганно хлопая глазами, взирали на погибший айфон и не смели шевелиться.

— Руслан Георгиевич, с нарушительницей что делать? — спросил один из охранников, держащих проворную бабулю, застывшую в удивлении от такой расправы.

— Отпустите, — махнул рукой он.

Те разжали тиски и выпустили старушку.

— А вы, уважаемая, впредь держите себя в руках, — хмуро буркнул Тихонов. — Никто вашу внучку не трогал. Нечего здесь клоунаду устраивать, у нас серьезная организация. Идите домой, подобру-поздорову.

И пошел к выходу, в сторону ресторана. Только есть расхотелось. Событие произошло из ряда вон. Запретить всем болтать невозможно. Еще неделю шептаться в курилке будут, что на него в фойе напала старушка, и что Алексей лишился своего рабочего места и айфона, купленного в рассрочку на два года.

Ксюша вернулась в половину второго. Тихонов все думал, что с ней делать. «Выгнать бы к чертовой матери следом за бабкой», — услышав робкий стук каблучков в приемной, подумал он.

Она пришла к нему сама. Несмело постучала в приоткрытую дверь и шагнула на порог кабинета. На подносе был горячий кофе и свежие булочки из ресторана.

Тихонов оторвался от образцов ювелирной продукции, которую собирались показывать партнерам из Праги, и поднял на нее тяжелый взгляд.

— Ну, что ты там выходила, Ксюша? — откинувшись назад в кресле, поинтересовался он. Слишком грубо поинтересовался, все еще испытывая в глубине души горькую обиду.