Книга Олигарх, страница 30 – Юлия Бузакина

Будто собаке, кость ему бросила. «Хотите, берите, вы же не отстанете». Только Тихонову подачки не нужны. А от нищей девчонки, у которой умирает от рака отец, тем более. Он не скотина какая-нибудь, чтобы ее беззащитностью пользоваться.

«Знала, на чем играть, маленькая дрянь», — мелькнуло в мыслях. И главное — интуитивно верную партию сыграла. Но своей фразой она его только еще больше распалила. Теперь он хотел ее так сильно, что сводило скулы.

Если бы такие слова сказала какая-нибудь другая, из тех, «чужих», Тихонов бы не медлил с ответом. Сломал бы, и выбросил, не поморщившись. А Ксюша была из «своих». Из тех, кого он не мог ломать. Но и отпускать ее он не собирался.

«Ничего, еще немного подождем, — скрепя зубами, подумал Тихонов. — Сдашься, никуда не денешься». Включил зажигание и на бешеной скорости погнал машину по ночным дорогам в сторону своей роскошной холостяцкой квартиры.

* * *

Понедельник начался сумбурно. После обеда ждали с визитом чехов — их заинтересовала ювелирка «АРТАМАСА», и некоторые эксклюзивные украшения они хотели продавать у себя в Праге. Тихонова же привлекали чешкие гранаты. Малиново-красные, яркие — оформленные в золото и серебро — эти камни давно будоражили его воображение. Запустить линию высококачественной продукции, рекламу, задать нужное направление в моде — и прибыль не заставит себя ждать.

Ксения задерживалась. Тарас отзвонился, сообщил, что она в очереди сидит. Нервничает, что так долго.

— Скажи, пусть сидит, — приказал Тихонов. — Там очередь из смертников состоит. Нельзя поперек тех, у кого надежда только на прием, идти. Постарайтесь к двум часам вернуться. Как раз чехи прибудут. Надо будет чай-кофе организовать.

Он все еще злился на Ксюшу. Так сильно злился за те слова, что хотелось схватить ее за плечи и как следует потрясти. Чтобы больше не говорила ерунды.

В полдень Тихонов решил спуститься в ресторан на первом этаже, пообедать. Поправив стильный пиджак роскошного костюма, надетого специально к приезду важных гостей, закрыл двери своего кабинета и отправился вниз. На выходе из лифта заметил интересную старушку в темно-красном пальто и смешной шляпке из твида. На шляпке красовалась тщательно вырезанная розочка. Сжимая в сухонькой руке длинный старинный зонтик и саквояж, старушка ругалась с охранником.

— Мне нужен самый главный начальник ювелирного завода «АРТАМАС»! Немедленно! — размахивая зонтом, громко требовала она.

— Какой главный, бабуля? У нас вход по пропускам! Да и генеральный директор так просто посетителей с улицы не принимает! Идите уже домой!

— Не уйду! А не пропустите — в полицию пойду жаловаться!

Что-то знакомое кольнуло в груди — старушка была из «своих». Тихонову даже понравилось то, с каким упорством она сражалась с бесчувственным громилой за свои права, и он подошел.

— А зачем вам самый главный начальник, бабушка? — засунув руки в карманы брюк, с любопытством взглянул на посетительницу Тихонов.

— Как, зачем? Он внучку мою в заложницах держит!

— Как, в заложницах, бабуля? — Тихонова начал разбирать смех. Он догадался, что перед ним бабушка Ксении. Было что-то общее в профиле, да и под описание грозной родственницы, которая ждала внучку к десяти часам вечера дома, бабуля очень даже подходила.