Книга Отпуск с прокурором, страница 11 – Юлия Бузакина

Я закатываю глаза и спешу покинуть лужайку до того, как в мои объятия упадет пресловутая будущая госпожа, изученная частным детективом вдоль и поперек. Такая уж у меня семья: общение с родственниками подобно ходьбе по минному полю — никогда не знаешь, кем подложена граната и в какой момент она взорвется.

В доме прохладно. Блаженство! Какое же это наслаждение — подставить лицо под прохладные струи после трудового дня в адской жаре!

— Никогда не слушайте своего отца, он — мошенник. Все адвокаты — мошенники, уж поверьте своей прабабке, — слышу знакомый голос бабули, которая поучает спиногрызов Степана, и не могу сдержать улыбку. Бабушка в своем репертуаре. Выглядит она, как английская королева на приёме: в элегантном платье из светлой ткани, на шее и руках сверкают украшения, и даже летнюю шляпку не забыла надеть.

Ума не приложу, зачем отец привез ее в дом! Сколько себя помню, бабуля всегда была остра на язык, и после ее отъезда мама неделю мыла все углы с солью, чтобы изгнать негативную энергию. Уж не знаю, чем бабушке насолили адвокаты, но ее едкие замечания всегда доводили нашего отца до белого каления. Надо сказать, что бабушка София была единственным человеком в семье, от которого в детстве я не ждал подвоха. Она, конечно, весьма жестко рубила правду-матку оппоненту в глаза, но за спиной — никогда. А ещё она любила мои стихи.

Мне очень хочется обнять бабушку, но я тороплюсь наверх, чтобы переодеться до того момента, когда мое присутствие в доме будет обнаружено родней. После этого от них уже не отобьешься.

Запираюсь в своей ванной комнате, быстро принимаю контрастный душ, чтобы смыть дневной зной, и выбираюсь из ванны в одном полотенце на бёдрах.

Захожу в спальню и натыкаюсь на бабушку Софию.

— Лёва, внучок! — Она радуется, как ребёнок, и крепко меня обнимает, а я немного ошарашен: это же надо — зайти в мою спальню без стука!

— Бабуль, приветик. Кхм…

— Какой красавчик! — Она отступает на пару шагов и восхищенно смотрит на меня. — Ладно, переодевайся. Только плесни мне сначала коньяку, а то эти изверги считают, что бабушку надо угощать одним чаем.

Приподнимаю бровь, достаю из бара бутылку коньяка, наливаю ей порцию в стакан с красивой огранкой.

— Лей ещё, не жалей, — Она довольно потирает руки.

Качаю головой и забираю свой костюм из гардероба.

Спустя пару минут я уже готов к светскому вечеру в кругу родственников и друзей семьи.

Бабуля сидит в кресле у книжного шкафа и задумчиво наблюдает за тем, как я у зеркала пытаюсь повязать галстук в тон летнему костюму из льна. Я рассказываю ей о своей новой должности, о том, как много всего надо успеть сделать за то время, что я буду занимать свой пост.

— А где твоя невеста, Лёва? — звенит в воздухе вопрос, будто выстрел в сердце.

Осекаюсь, приподнимаю озадаченно бровь.

— Какая невеста, бабуль?

— Как — какая? Та, настоящая, которая была с тобой на выпускном вечере в день вручения дипломов. Как её? Тася? Яся?

Напускная бравада сходит с моего лица, и я мрачнею.

— Ася, — поправляю бабушку. — Так нет её уже давно, — сообщаю глухо. — Сбежала от меня с каким-то спонсором. Иногородние всегда выбирают то, что выгоднее.

Бабушка усмехается.

— Это тебе отец сказал, что иногородние выбирают то, что выгоднее?

Передергиваю плечами.