Книга Любовь в Лопухах, страница 83 – Ника Оболенская

«Знаешь, ты был прав! Это была ошибка! Чудовищная ошибка — соглашаться на отношения. Потрахались и разошлись — отличный вариант! Так что можешь считать себя свободным!»

Слезы капают на экран, но я зло стираю их, смотря, как сообщение доставлено и прочитано. Демьян тут же начинает что-то писать, но я просто выключаю телефон.

Не буду читать! Я все сказала!

Сердце болит, лупя в ребра со всей силы. Прикусываю губу, сдерживая громкий всхлип.

Я же знала, что так будет. Зачем согласилась?

— Вот и вся любовь, — шепчу, обнимая колени.

Слезы катятся градом. Кинг тычется мордой в лицо, скулит, а потом касается мокрым носом моей щеки. Но даже это не может развеять тоску.

Ложусь спать с мыслью, что завтра все будет по-другому.

Меня выдергивает из сна резкий звонок в дверь.

Пять утра.

— Кто там?! — кричу, запахивая халат и касаясь пальцами замка.

— Открывай, Очкастая! — слышится хриплый голос за дверью.

Сердце замирает. Не может быть!

Распахиваю дверь — и вот он. Демьян. Злой как черт, с помятым лицом, заросшим густой бородой, и с огромным пакетом в руках.

— Ты?.. — слетает с губ, а меня уже выпрессовывают в стену.

Родной запах заполняет ноздри, и я жадно его втягиваю, чувствуя, как Демьян грубо тянет за узел халата.

— Какого хрена, Люб?! — перебивает он, распахивая полы халата и жадно оглядывая мое тело. — Чо за хуйню ты мне написала?! Свободен, блять?! Сто раз обсуждали…

Не переставая ругаться, Демьян скидывает куртку, обувь, стаскивает свитер, пропахший железом и потом.

— ...я, блять, ей пишу, звоню, а абонент, сука, не доступен.

Следом летят джинсы и трусы. Меня подхватывают на руки, и мои пальцы сами без команды вцепляются в широкие плечи.

— …пришлось сорваться с вахты, наврав начу, что у меня тут вопрос жизни и смерти!

Мои лодыжки скрещиваются на пояснице, а я послушно подставляю шею под жалящий укус. Мурашки бегут по спине, когда борода щекочет нежную кожу.

Демьян, чертыхаясь, проходит в кухню и усаживает меня на стол, на котором сиротливо стоит банка с огурцами.

Ягодицы обжигает холодом столешницы, вздрагиваю и шепчу:

— И он тебе поверил?

Громко ахаю, когда Демьян рывком входит в меня, заполняя до упора.

— Я умею быть убедительным, — шипит мне зло, а потом начинает размашисто двигаться. — Придумала ведь!.. Мозгоебовна! Люблю! До чертиков.

Нам хватает пары минут яростных толчков, чтобы улететь к звездам и разделить космос на двоих.

Прижимаюсь к влажной груди Демы, дышу загнанно и не могу не улыбаться.

И в этот момент уже не важно, что у нас нет будущего. Потому что сейчас Демьян здесь. Со мной.

— Ну что, Очкастая, передохнула?

Морозов размазывает ладонью семя по моему животу.

— Не называй меня так, — вяло огрызаюсь, разглядывая родное лицо.

Мне даже нравится эта борода, и я подумываю, как попросить Демьяна не сбривать ее.

Под глазами Демы залегли тени, и я чувствую за собой вину. Он примчался ко мне, бросив все…

— Хорошо, Любовь Мозгоебовна, пройдемте тогда…

— Куда? — лепечу растерянно.

— В спальню. Буду уму разуму тебя учить, как в блок меня кидать…

Прежде чем я успела пикнуть, он перекидывает меня через плечо, как мешок картошки. Голова кружится от резкой смены положения.

Не успеваю возмутиться, как по заднице тут же прилетает шлепок.