Книга 365 дней в твоей постели, страница 58 – Валентина Кострова

— Мне позвонить твоей секретарше и поинтересоваться, когда у тебя свободны вечера? Или у этой студентки? — выразительно смотрит за спину на закрытую дверь.

— Так сильно хочешь провести со мной время? — усмехаюсь, достаю из кармана мобильник, чтобы глянуть свое расписание на неделю. Не то что очень желаю провести вечер с бывшей, но я ей должен в какой-то мере. Не люблю быть в долгу.

— Как поживает Хаджаров? Слышала он вышел из тюрьмы, и занимается твоим фондом, — Жанна прищуривается, скрещивая руки на груди. — Отбеливает свою репутацию, чтобы быть с нашей местной звездой телевиденья?

— Тебе действительно интересно или просто для поддержания беседы спрашиваешь? — поднимаю глаза, предупреждая больше не теребить тему Хаджарова. За два года, что мы были вместе, Жанна в курсе об Алике. В курсе, почему он отбывает срок. И даже знает, из-за чего. Кого.

— Поражаюсь твоей преданности этому человеку. Впрочем… — усмехается, я убираю мобильник.

— В четверг у меня вечер свободен. Если актуально, позвони, — не дожидаясь ответа Жанны, направляюсь в холл, а оттуда на выход и на парковку.

Держу себя в руках, хотя хочется похрустеть костьми. Каждый раз, когда невзначай поднимается тема тюремного срока Хаджарова и причина, я зверею. Сразу же вспоминаю, тот вечер, когда без колебания убил человека, который покушался на Алика. Мы всю жизнь идем рядом, страхуем друг друга, подставляем плечо, если нужно. В этом мире может измениться все что угодно, кроме нашей дружбы. Она нерушимая.

Откидываюсь на спинку сиденья машины, усмехаюсь. Почему-то вспомнился совет Алика не связываться зазнобой, которая будет тревожить душу. Не послушал совета друга. По уши погряз в сладких ощущениях к Лире. И с каждым днем все больше и больше, все отчетливее понимая самого Хаджарова, когда его не на шутку клинило на Рине. Да мы с ним два влюбленных идиота, упрямо скрывающие свои чувства.

Наклоняюсь к бардачку, достаю черный футляр. Открываю его и какое-то время любуюсь кольцом. Однажды оно окажется на пальце Лиры. Она согласится быть моей.

После ухода Амаля я начинаю гонять мысли в голове. Эти мысли мне не нравятся. Я думаю как собственница.

Понятное дело, что мужчина в самом расцвете сил, как любят говорить дамы в возрасте, не будет вести праведную жизнь без секса. Тем более Амаль. Я уже в курсе его аппетитов. Там дай волю? из кровати не выпустят, пока на практике не покажут все позы из Камасутры от корки до корки. И все же меня съедает банальная женская ревность. Да, бывшие, но, как правило, к бывшим всегда что-то в глубине души остается. Смущает то, что именно о ней он вспомнил, когда стало плохо мне.

Почему не вызвал «скорую помощь»? Бесит еще то, что эта Жанна красивая. Даже очень. Самодостаточная, профессионал в своем деле, наверное, четко понимает, чего хочет от жизни и кого видеть возле себя. Я на ее фоне как бледная моль.

В палату заходит та самая Жанна, о которой думаю. Привычка улыбаться старшим, особенно если они хорошо ко мне относятся, сильнее меня. Я тяну губы в приветливой улыбке. Вообще, нужно все же доверять Амалю. Он сказал бывшие, значит между ними ничего нет в настоящем. По старой памяти позвонил, а она по старой памяти помогла. Все просто и гениально. Почему-то это утешение не утешает, наоборот, начинаю еще больше злиться на себя.