Книга 365 дней в твоей постели, страница 56 – Валентина Кострова

Сжимаю зубы, чувствуя, как появляется глухое раздражение. С одной стороны можно понять беспокойство. Особенно со стороны человека, который знает обо мне очень многое, не только хорошее, но и плохое. С другой стороны, мы давно разошлись, ни у кого нет права вмешиваться в жизни друг друга.

— Надеюсь, ты не будешь в подробностях ее просвещать, — легонько дергаю локтем, меня отпускают.

— Тобой очень легко очароваться и влюбиться, но тебя очень сложно вывезти. Уверен, что она сможет справиться с правдой о тебе? Не то, что я против твоих отношений, но… Она совсем ребенок, по сути.

— Она не ты, — чеканю каждое слово. — Не испугается правды, если узнает.

— Полагаешься на ее молодость и влюбленную слепоту? Мне, взрослой женщине, работающей с людьми, не удалось, а она сможет? Уверен? Может, сразу купишь ей сеанс у психолога на несколько курсов. Ломать психику проще, чем восстанавливать, уж не тебе ли не знать об этом.

— К чему ты сейчас клонишь? — раздражаюсь и нетерпеливо поглядываю на часы. — У меня не так много свободного времени, чтобы болтать о ерунде.

— Не смею тебя больше задерживать, но если вдруг захочешь поговорить по душам, мой номер, как оказывается, у тебя есть, — не дожидается моего ответа, разворачивается и уходит, а я смотрю ей вслед.

Сказанное всколыхнуло то, о чем я иногда задумывался, но всегда гнал от себя, надеясь, что момент откровения никогда не настанет. Я могу только полагаться на здравый смысл Лиры. Она ведь умеет иногда разумно мыслить, если поднимать тему ее будущего, ее стабильности, но кто знает, как отреагирует, стоит ей только чуток узнать о моем прошлом.

Захожу в палату. Лира в сознании. Бледная, какая-та потерянная, но глядя на нее у меня перехватывает дыхание от понимания, до чего же она дорога мне. Сдержанно ей улыбаюсь, подходя к кровати. Присаживаюсь на край, беру ее холодную руку и согреваю своими ладонями.

— Я испугался, — тихо признаюсь, заглядывая в виноватые глаза девушки. — Очень. Не буду ругать, хотя очень хочется, прошу только впредь заботиться о себе.

— Ты сердишься? — шепотом спрашивает бескровными губами.

— Сержусь, но не на тебя, а больше на себя, что не уберег, не уследил. Ведь знаю, каково это, когда сессия на носу, а информации слишком много, чтобы запомнить ее за раз.

— Я хочу все сессии сдать на отлично, чтобы после третьего курса перевели на бюджет. Я узнавала на кафедре. А еще за «отлично» выдают повышенную стипендию. Мне ведь надо подумать о будущем, — улыбается, сжимает пальцы, полностью пряча свою руку в моих ладонях. — Время нашего контракта пролетит слишком быстро, я не хочу оказаться в ситуации, в которой уже была прежде.

— Ты думаешь о том, о чем не следовало. Тебе разве со мной плохо? — губы дергаются в подобие ласковой улыбки, а внутри все сжимается в пружину в ожидании ответа. Оказывается, не так просто молча любить. Хочется признаться и манипулировать чувствами.

— Нет. Мне с тобой хорошо, — краснеет до самых ушей. Догадываюсь, что хорошо во всех смыслах. Чувствую подобие облегчения. — Кстати, женщина-врач сказала, что вы знакомы. Она очень красивая, — бесхитростно смотрит на меня. Прикусываю изнутри щеку, не зная, что сказать. Возникает странная пауза, которую Лира спешит заполнить, спрашивая меня: