Книга Мартовский кот и разведенка с прицепом, страница 75 – Лина Филимонова

— Мои дети начали называть его папой.

— Капец…

— Вот именно!

— Встречаемся в твоей кафешке в час?

— Да.

Мне очень надо с кем–нибудь поговорить. Иначе я с ума сойду от всех этих мыслей!

* * *

— А, может, ничего страшного не случилось? – произносит Полинка, выслушав мою сбивчивую эмоциональную речь.

— Аленка сказала: хочу, чтобы Богдан был нашим папой!

— А он что?

— Ничего. Сменил тему. Испугался.

— Ссыкун, значит…

— Конечно, мои дети ему нафиг не нужны! Ему от меня нужен только секс.

— А ты как думала?

— Так и думала.

— А как ты хочешь, чтобы было? Ты хочешь, чтобы он женился на тебе и стал отцом Аленке и Ване?

— Нет! Ты что, с ума сошла, такое говорить!

— Ну а в чем тогда проблема?

— В том, что я подпустила его к детям.

— Так не подпускай, – спокойно произносит Полинка.

— Я не хочу! Я ему запрещаю! А он все равно приходит. И я… позволяю ему. Приходится признать: я не могу его контролировать.

— Мартюш, я сейчас скажу крамольную мысль… А, может, тебе и не надо все контролировать? Может, ты не господь Бог? Просто отпусти и пусть все идет, как идет.

— Ага, конечно! – я уже почти кричу. – Сейчас они начнут называть его папой. Потом мы расстанемся. Они будут переживать, скучать. Как было с Никитой. Потом у меня ещё кто–нибудь появится для развлечения. А у моих детей, что? Новый временный папа? А потом ещё… Что это вообще будет? Мать–шлюха и несчастные дети?

— Ну ты, подруга, загналась… – выдыхает Полинка в ответ на мою тираду.

А я замечаю, что на нас уже оглядываются посетители кафе. Да, я загналась. Распереживалась. Разоралась. Я вообще не в себе!

Все вышло из–под контроля. И я не знаю, что делать.

Вернее, знаю. И сделаю!

* * *

Вечером мне звонит Богдан.

— Привет! Как дела? Я соскучился.

— А я нет.

— Увидимся в субботу.

— Нет!

— Может, в пятницу вечером?

— Нет! – снова повторяю я.

Он не верит. Я столько раз говорила: “Нет”, а потом делала все так, как он хочет…

Но это “нет” – настоящее.

— Богдан, мы больше не будем встречаться. Это все.

— В каком смысле – все?

— Мы заканчиваем… то, что у нас было.

Молчание. Тишина в трубке. А потом раздается:

— Ты испугалась?

— Я больше не хочу. Это слишком сложно. И.… это с самого начала задумывалось как временное развлечение. Так вот. Время вышло.

— Какое нахрен – вышло? Мы только начали! Ещё даже не разогнались! Не распробовали! Ты даже не знаешь, на что я способен!

— И не узнаю. Прощай, Богдан.

— Могу я задать один вопрос? – раздается в трубке.

— Последний? – усмехаюсь я.

— Просто вопрос.

— Ну, задай. Но не обещаю, что отвечу.

— Марта, кто отец твоих детей?

Богдан

Я не надеялся, что Марта ответит на этот вопрос. Но она ответила:

— Я не знаю.

— Чего не знаешь?

— Не знаю, кто отец.

— Ясно…

На самом деле, ни фига не ясно.

Но я не успел больше ничего спросить. На заднем фоне раздался детский вопль, и Марта бросила трубку.

“Все в порядке?” – написал я.

“В полном”, – ответила она минут через двадцать.

“А кто кричал? Ваня?”

“Да, уронил табуретку”.

“Никто не пострадал?” – спрашиваю я.

“Все хорошо, не переживай”.

Да я не переживаю. Дети постоянно что–то роняют и откуда–то падают. Я сам в детстве все время ходил в синяках и шишках. Это нормально.

Я звоню Марте, чтобы продолжить разговор. Она не берет трубку.

“Мы расстались!” – прилетает сообщение.