Книга После развода. Право на тебя, страница 82 – Натали Нил

— Подожди… То есть, ты следил за мной?!

— Называй, как хочешь. Мне надо было тебя видеть. Так я был с тобой рядом.

Осознание, что он был в курсе моей жизни, стоял в стороне и наблюдал, обжигает.

— Ты больной, Эльдар!

Он тихо смеётся и трёт руками лицо. На запястье сверкают золотым ремешком часы.

— Да, Марта, я болен. Тобой. И никогда не выздоравливал.

— Иди ты к чёрту. Понял?! Ты женился на другой! Ты жил с нею, как муж. Болен? Иди лечись. Или женись снова. Уверена, тебе даже трудиться не надо, чтобы найти очередную жену. Правильную. Из ваших. Или, знаешь, лучше сразу две. У вас же всё можно! Будешь чередовать — по чётным и нечётным. А меня оставь в покое. И не лезь в мою работу! Из-за тебя меня считают шлюхой. Я, по-твоему, этого заслужила?

Эльдар хочет что-то сказать, но я поднимаю руку, заставляя его замолчать.

— И верни Ирину. Не знаю как, но верни. Она нужна мне в центре. Она классный диагност, таких единицы. Это всё, что я хотела тебе сказать.

Поднимаюсь, но его рука перехватывает моё запястье — быстро, почти рефлекторно. Пальцы тёплые, но обжигают.

Резко выдёргиваю руку.

— Не надо. Не трогай меня.

Он поднимается.

— Марта…

— Я устала, — стараюсь говорить спокойно, хотя хочется кричать. Мне кажется, что все за соседними столиками наблюдают за нами, и я не хочу давать для них концерт.

Беру сумку. И уже почти разворачиваюсь, но останавливаюсь, в последнюю секунду решив помочь одной женщине.

— Зарема приезжала ко мне. Прощения просила, — смотрю прямо в его жгучие глаза. — Вы, мужчины, любите перекладывать свою вину на женщин. Чтобы самим оставаться с чистыми руками. Разве она виновата, что стала в доме свёкров служанкой? Разве был у неё выбор — помогать твоему отцу или нет? Скажи своему брату, что это ему надо просить прощения, а не жену наказывать.

Не могу удержаться и хмыкаю презрительно:

— Вершители судеб.

Эльдар делает шаг ко мне. Я от него.

— А вообще, знаешь… Я бы хотела услышать извинения от того, кто всё тогда провернул, — говорю тихо и очень отчётливо. — Ты, ведь, уже знаешь правду. Организуешь?

Пальцы Эльдара сжимаются в кулаки. Я усмехаюсь.

— Я так и думала. Прощай, Эльдар.

Разворачиваюсь и иду к выходу. Очень стараюсь держать спину прямо.

Официант открывает передо мной дверь из ВИП-зоны, и только когда оказываюсь на улице, на меня наваливается плитой жуткая усталость…

Несколько дней я жила в странном состоянии — сосредоточиться сложно, в голове куча мыслей и какое-то ощущение нереальности. Спасала, как всегда, работа.

Принимала пациентов. Стояла за операционным столом. Всё как обычно — движения отточены, голос ровный, на лице — маска вежливости. Но где-то в фоне, как тихий звон в ушах, звучал наш разговор с Эльдаром.

«Ты же врач, Марта. Кома… осложнения… охрана…»

Да, я врач. Я знаю, что делает с человеком отравление угарным газом третьей степени. Знаю про провалы в памяти, про эмоциональную пустоту, про то, как легко в таком состоянии поверить чему угодно, что тебе подсунут. Мозг после гипоксии — не тот мозг, что был до.

Я понимаю это головой.

Но понимание не унимает боль. Потому что он поверил. Потому что он женился! Жил с другой женщиной. Правильной, скромной, покорной. Дарил ей ночи, которые должны были быть моими! И это — не кома, не отец, не клятва умирающей матери. Это его выбор. Его жизнь без меня. Интересно, как он её обнимал? Так же, как меня? Говорил те же слова? Целовал также, как меня?