Книга Препод. В тени запрета, страница 113 – Ольга Тимофеева

— Я сейчас, — поднимается. И мнется, подбирая слова?

А у меня от липкого, противного предчувствия сводит в горле.

— Что с ним?

— Инсульт.

— Как…

Несмотря на то, что он мне наговорил, я все равно не желаю ему ничего плохого. В определённый этап жизни он мне помог. Как умел, как получалось, но помог. Не отвернулся.

— Не плачь, — я и не чувствую, как слёзы сами медленно катятся, как Тимур их вытирает. — Врачи делают все возможное.

Холод пробирает до костей, но я не поднимаюсь.

Ветер врывается в меня, а я прижимаюсь рукой к замерзшим цветам на могиле, как к памяти, как будто всё, что остаётся — это этот момент, этот холод и эта тишина.

Может пару минут, может час. Время растворяется в холоде. Тимур ждет в машине.

Мне хочется побыть тут одной.

Время здесь не существует, превращается в нечто зыбкое, где даже свет, проникающий сквозь облака, кажется чужим. Лишь ощущение холода, пронизывающего меня, остаётся постоянным. Но не это главное.

Я снова и снова смотрю на камень, на эти черные буквы, выгравированные с таким спокойствием. Я не могу с ними справиться. Каждый раз надеюсь, что вот проснусь и вдруг окажется, что это сон. Не было ничего этого в моей жизни. Но тогда и Тимура не было бы.

А именно это ощущение я терять не хочу.

Знаю, что другого такого не найду.

Или с каждым разом, как при просмотре фильма, надеюсь, что концовка будет другая.

Но это жизнь. И она такая. Другой реальности уже не будет. Нельзя проснуться, перемотать и вырезать неудавшиеся кадры. Так не хотелось быть просто ошибкой отца, случайностью, которая должна исчезнуть из жизни, как старое платье или забытая книга. И я не знаю, что чувствую. Отец, который так и не стал тем отцом, какого я рисовала в детских фантазиях?

Холодная, ледяная могила. Мраморный камень с этим "покойся с миром".

Провожу пальцами по буквам. Глупо надеяться, что они будут тёплыми, живыми, как воспоминания. Глупо... потому что это всего лишь холодные и безжизненные буквы.

— Мам….- шепчу я, будто пытаюсь найти утешение в этих словах. Но они только оглушают меня своим пустым эхом. — Если он всё же выберет путь туда, к тебе, скажи ему спасибо за все. Как бы то ни было, но он не отвернулся. Помог мне. Любви и привязанности не получилось, но хоть познакомились.

Прохладный ветер продолжает свой тихий танец между крестами и памятниками, отрывая от земли последние осенние листья. Они кружат в воздухе, как бледные души, осколки прошлого, уносящиеся в небытие. Я сжимаю кулак, но не в силах остановить слёзы. Тот самый поток, который не хочется сдерживать, потому что что-то внутри меня требует выплеска.

— Ты даже не представляешь, насколько я повторяю твою судьбу. Не специально, правда, но как будто правильно так. Прожить это так, как должно было бы быть у вас. Ты беременна, а он не уехал и не оставил тебя. Как Тимур сейчас рядом со мной. Тебе со стороны он, скорее всего кажется дураком, но он хороший. Просто в какой-то момент деньги поставил на первое место. Ошибок наделал, чуть вообще себе приговор не подписал. Но с ним все равно так надежно и спокойно. Люблю его очень. Знаю, что даже несмотря на то, что он очень дорого откупился от своего несостоявшегося тестя, с его упорством и настырностью он придумает что-нибудь. Тебе бы он понравился.