Книга Огненные сердца. Все, что осталось от нас, страница 26 – Кира Сорока

Сегодня пятница, впереди выходные, и мы с Таней запланировали покататься на коньках в новой ледовой коробке, которую сегодня активно заливают. За ночь она превратится в отличный лед.

— Привет, – перед моей партой вырастает Купидонов.

— Чего тебе? – хмуро смотрю на него.

— Решил спросить, не передумала ли ты присоединиться к нашей тусовке.

— Конечно, нет.

— Да ладно тебе! – его показное дружелюбие прямо фонит фальшью. – Чтоб ты знала, я не поддерживаю этот бойкот.

— Скажи это Тане!

Максим вздыхает и садится на соседний стул. Придвигается ближе. Его взгляд становится проникновенным.

— Я не хочу говорить о Тане.

— Прекрасно. В таком случае я вообще ни о чем говорить не хочу. Уходи.

Я отворачиваюсь, устремив взгляд в окно.

— Видел твои фотки. Ты модель? – шепчет мне в ухо Купидонов.

Господи… Что? Он видел мои фотки? Какие? Где?

Резко поворачиваюсь.

— Нет, не модель. Ты обознался. – Натыкаюсь на острый, как бритва, взгляд Маши и продолжаю уже жестче: – Шел бы ты отсюда, Купидонов. Милане все это не понравится.

— Миланы, как видишь, пока нет. А ты мне очень интересна. Особенно после того, что я увидел.

— Ну давай, поделись тем, что увидел.

Он усмехается.

— Я пока не решил, стоит ли показывать кому-то еще те фотки. Боюсь, к тебе очередь выстроится. Ты на них великолепно получилась.

Буравлю его лицо негодующим взглядом. Ни при каком раскладе Купидонов не мог завладеть моими фотографиями в купальнике. Тогда в кафе, когда я вышла из туалета – точнее вылетела из него как ошпаренная, потому что вспомнила про свой открытый профиль в «ВК», – с облегчением обнаружила, что Таня сидит на своем месте и переписывается с кем-то. К моему компьютеру при ней никто бы не подошел.

Звенит звонок. Купидонов нехотя поднимается и идет навстречу Милане, только что появившейся в классе. Она виснет на его шее, напрочь игнорируя появление учителя.

Меня тошнит от этой парочки.

От Тани наконец-то приходит сообщение.

Таня:

Я проспала, уже бегу.

Облегченно вздыхаю. С ней все в порядке. А мозг тем временем продолжает размышлять над словами Купидонова. Возможно, он имел в виду фотки для «Модиуса» из моей первой фотосессии? Они теперь часто попадаются в интернете на рекламных баннерах. Да и пусть смотрит. Там я выгляжу вполне прилично.

Таня приходит через десять минут и получает нагоняй от нашего историка Олега Павловича. Класс довольно гудит, кайфуя от красных Таниных щек и ее робких извинений. Какие же они все придурки!

Ну ладно, не все. Хоккеисты по-прежнему ведут себя сносно. Вчера Руслан и Эдик подсели за наш с Таней столик в столовой, и мы даже немного поболтали. Только благодаря этим ребятам можно надеяться, что с классом еще не все потеряно.

После звонка я подхожу к Тане. Она собирает с парты свои вещи и выглядит довольно нервно, руки у нее подрагивают.

— Все в порядке?

— Да… Да, вполне, – говорит она, не поднимая глаз. – Не обращай внимания. Идем.

Подхватив рюкзак, она торопится убраться из класса.

Мы останавливаемся возле кабинета географии. У двери какое-то столпотворение, не пробиться. Девчонки из нашего класса, десятиклассницы – все облепили Жанну, которая о чем-то оживленно вещает. Я невольно прислушиваюсь.

— Я шла к директору и увидела нашу классуху. И его! – она взвизгивает. – Говорю вам, я его видела! Это просто нечто, девочки! Он выглядит как бог, правда! Такой накачанный! Его тело – это…