Книга Насильно отданная. Запретная любовь Шаха, страница 42 – Злата Зорич

Но в этом громоздком платье я была до ужаса неповоротлива. В нем у меня точно не получится далеко убежать. Я рванула рукав и дальше, и ткань начала трещать под моими руками. Но платье будто не хотело отпускать меня. Шлейф застрял на сиденье, и я дёрнула его яростно.

— Помоги мне, — я позвала Артура, и он тут же подался ко мне, сорвал с моих плеч остатки ткани.

Потом протянул мне свёрток — там было то, на что я должна была заменить роскошный дизайнерский наряд. Спортивные штаны, толстовка, куртка — все, что нужно, чтобы слиться с ночью или смешаться с толпой. Я торопливо переоделась, а Артур, оглядев меня снизу вверх, добавил последний штрих — спрятал под капюшон мои длинные, светлые волосы. Теперь меня было почти невозможно узнать.

А вот украшений, которые на меня нацепили, я не бросила. Я собрала их все и спрятала в карманы — холодные, тяжёлые камни. Ещё недавно они были символом рабства, теперь же они стали для меня оружием. Нам в любом случае понадобятся деньги — а эти стекляшки можно выгодно продать.

— Отойди, — бросил Артур коротко, отстраняя меня от машины.

В его руках блеснуло что-то маленькое и металлическое — фонарик? Нет, я расслышала щёлканье. Резкий запах бензина врезался в ноздри.

— Что ты делаешь?

— Отойди подальше, Аврора, — повторил он мягче.

Я шагнула назад на пару метров и упёрлась спиной в ствол дерева. Артур полил корпус машины из канистры, а потом поджёг какую-то тряпку и бросил вперед. Пламя взметнулось ввысь, яркое и злое, за мгновение проглотив ткань. Тёплый жар ударил мне в лицо, и запах горящей синтетики — острый, едкий — заставил зажмуриться. От машины повалил густой чёрный дым.

Пламя завыло, моторный отсек вспыхнул, капли искр посыпались на землю. Шах повернулся ко мне. Его лицо было все в карамельно-оранжевых бликах, в глазах плясали огненные отблески. Он подошёл ближе и притянул меня к себе.

— А теперь давай убираться отсюда...

Мы двинулись вглубь леса, оставив за собой чёрную громадину раскаленного металла.

Ноги вязли в сырой глине, каждый шаг отбирал последние силы. Лес сгущался, а временами казался почти живым — отовсюду развались шорохи и тяжёлое дыхание ветвей. Я не видела дороги, я шла наощупь, за ним, в его след.

— Ещё немного, — тихо сказал Артур. — Через километр будет посёлок…

Он на миг склонился ко мне, и его губы коснулись моего виска — лёгко, почти невесомо.

— Ты молодец, — сказал он. — Держишься...

Мы шли еще долго — лес казался бесконечным, влажный, тяжелый воздух давил на плечи, запах гари от недавно сгоревшей машины всё ещё тянулся за нами шлейфом.

Наконец деревья начали редеть, впереди проглядывал свет. Шаг за шагом мы выбирались из мрака — и вдруг вышли на поляну, на краю которой стоял дом. Я остановилась, не веря своим глазам: после наших плутаний по лесу этот дом показался мне миражом.

— Здесь, — тихо сказал Артур. — Это наш дом. На какое-то время. Здесь мы сможем немного отдохнуть…

Я переступила порог, и в нос сразу же ударил запах сырости — дом, видимо, давно стоял пустой. Но в нём, однако, было удивительно спокойно. Не заброшенно, не тревожно, а именно спокойно. Будто только эти стены были готовы принять нас, укрыть от всего мира.

Шах быстро прошёл внутрь, заглянул в каждую комнату, проверил окна, двери, словно снова хотел убедиться в том, что мы действительно в безопасности. Я же застыла посреди прихожей, осматриваясь. Деревянный пол скрипел под ногами, на стенах — старые обои, в углу стоял продавленный диван, а чуть дальше — массивный стол, на котором виднелся толстый слой пыли.