Книга Слабонервным не входить!, страница 12 – Наталья Юнина

— Значит, возьмете ее?

— Нет.

— Ну, пожалуйста. Она не менее интересный объект исследования, чем я.

— Возможно, так и есть. Но группа собрана. Я не могу взять шестнадцатого человека.

— Почему шестнадцатого, если курс рассчитан на десять человек?

— Потому что по статистике две-три женщины отказываются от курсов в первую неделю, когда можно вернуть деньги. Еще примерно столько же отказываются в процессе на разных этапах, в целом на середине, когда понимают, что их цель не выгорит. Итого остается десять. Именно то количество, которому я могу уделить нужное время и внимание, чтобы был эффект, – ишь какой заботливый нашелся. И тут меня осеняет.

— В смысле не выгорит? А как же: выдам замуж даже Квазимодо?

— Мы не подписали договор, чтобы я разглашал тебе ценную информацию.

— Да какая тут ценная информация, если любой адекватной особе понятно, что это все чистой воды разводняк ради денег? – очередной толчок от Кати, от которого я чуть не падаю со стула.

— Как думаешь, если бы это был разводняк, почему я беру всего десять человек, хотя могу брать по сто и больше, учитывая вместимость помещений и ажиотаж, происходящий вокруг курсов? – хороший вопрос, на который у меня совершенно нет ответа. Десять женщин – действительно мало.

— Потому что не можете вытерпеть такое количество женщин?

— Могу. Будет время на досуге, подумай, почему я беру только десятку.

— Это домашнее задание?

— Домашнее задание – это договор, который ты, судя по всему, не прочитала, раз не задаешь мне по нему вопросы.

— Я его не видела. Непременно прочту. Слушайте, я никогда и ни у кого ничего не прошу, сегодня, можно сказать, мой дебют. Ну, возьмите мою Катю.

— Хорошо. Пусть подаст заявку и анкету, я возьму ее на следующий курс, потеснив другую участницу. О стоимости она знает? – и вот тут Катюня и я вместе с ней охренели.

— Она-то знает, поэтому к вам не идет. Я запрещаю ей влезать в кредиты ради такой хер…ерунды. Я имею в виду возьмите ее бесплатно. Она просто тихонечко посидит на ваших курсах. Вы ее даже не заметите. Она очень маленькая. На голову ниже меня. Можно сказать, как птичка. Да она полстула займет.

— Какая именно птичка? – перевожу взгляд на Катю.

— Колибри, – шепчет она.

— Как колибри.

— Насколько она страшная?

— Она красивая. Честно, – ну ведь правда.

— Сколько ей лет?

— Двадцать пять.

— Толстая?

— Как тростинка, – не раздумывая бросаю я.

— Не беру.

— Почему?

— Потому что.

— Ну и ладно. Хорошего вечера. Кстати, у этой фасоли подходит срок годности. Редкая гадость, от которой у вас так прихватит живот, что мало не покажется. Сварите лучше гречку или макароны. Целее будете.

Кладу трубку, не дожидаясь колкого ответа, и перевожу взгляд на Катю.

— Ты слышала, что я пыталась.

— Было бы странно, если бы что-то выгорело с моей удачливостью, – грустно произносит она и тянется за бокалом с шампанским.

Проходит не больше минуту, прежде чем оживает мой мобильник. Полуянов.

— Да.

— У тебя есть час на то, чтобы прочитать договор, приготовить вкусный ужин и принести его мне. Справишься, возьму твою подругу на этот курс.

— Договорились.

Кладу трубку и даже не успеваю ничего произнести. Катя со скоростью света достает из моего холодильника продукты.

* * *

Через час и десять минут я оказываюсь у двери Полуянова с контейнерами еды. У самой от запаха куриных отбивных текут слюни, благо стойко держусь.