Книга Есть такая вероятность, страница 46 – Юлия Устинова

— Нет. Я просто хочу… — Надя же расхаживает по номеру: от кровати к окну и обратно. — Я не знаю, но нас куда-то несет, причем с такой скоростью, что… Я … не готова… Я не собираюсь в отношения. И ты ведь тоже. Но мы сами все только усложняем. Я говорила, я не хочу в тебя влюбляться, Дим! А без чувств быть с тобой так, как мы это делаем, не выйдет… Без чувств я не умею, Дим! Поэтому я предлагаю тормознуть. Все было круто и… если бы не ты, я бы чокнулась тут одна за эти три недели…

Надя мельтешит, заламывает руки, сбивчиво сокрушается, даже оправдывается. Я наблюдаю за ней, слушаю, пока до меня не доходит: она говорит не то, что думает. Вернее не то, что бы хотела.

То есть, она, может, и права, но ей ее правота явно не по вкусу.

Это словно завуалированный крик души. Она боится.

Выходит, мои дела не так уж и плохи.

Я встаю.

— Я, типа, свободен? — не огрызаюсь.

Наоборот, звучу максимально лояльно.

— Да ты и так свободен, Дим! — а Надя вот нервничает.

Приблизившись, за талию ее беру.

— Еще что скажешь? — теперь я смотрю на нее со снисходительностью взрослого дяди.

— Я все сказала, — взгляд отводит.

Коснувшись подбородка, вынуждаю посмотреть на себя.

— Ты херней сейчас маешься, Надь. — Наклонившись, целую. Одними губами, но крепко. — Я тебя не отпускаю.

Прикрыв веки, Надя роняет:

— Димка…

И это “Димка” не звучит назидательно или свысока. Наоборот. Я улавливаю в ее тоне сигналы неизбежной капитуляции.

— Я не знаю, ты, наверное, не поверишь, но у меня такое в первый раз, — толкаюсь в Надин лоб своим. — С тобой.

Она мелко трясет головой.

— Я не верю. Прости.

— Мне что на полиграф сесть? — меня на смех пробивает.

— Рискованно, Дим. Вопросики могут оказаться очень коварными, — насмешливо сощуривается.

— Да похрен. Пусть меня хоть током ебашит. Будь со мной, — требую.

— И будь что будет? — она дальше раскручивает.

— Как вариант.

Шумно вздохнув, Надя улыбается. Виснет у меня на шее, волосы на затылке перебирает, заглядывает в глаза.

— Ну откуда ты такой взялся на мою голову? — зажмурившись, досадует.

— А ты на мою? — совершенно справедливо отбиваю.

Я не соврал. Такое — впервые. И эти два дня показали, что я не хочу ничего заканчивать. Запала во мне больше, чем едва ли было при знакомстве.

— Ладно. Надо собираться. Пошли уже поедим, — чмокнув меня, Надя мягко отстраняется.

Вот и хрен ее пойми.

Это что значит?

Кто-нибудь объясните, что в голове у этой женщины?

Пока она собирается, я не отсвечиваю. Сижу в телефоне.

Света присылает мне картинку с объявлением о вакансии на поржать. Она часто скидывает разные приколы.

“Адская работа в склочном коллективе. Личная и карьерная деградация. Негнущийся график. Зарплата едой. При себе иметь вазелин…”

Я усмехаюсь, оценив юмор. Особенно часть про вазелин, который уже становится частью моего бэкграунда.

В действительности же мне совсем до смеха. Света — новая Надина маникюрша.

Напрягает ли меня сей факт? Да это мягко сказано.

Почему? Да потому что, походу, я и правда влюбился в нее...

Надя

— Ой, как хорошо…. Вот, смотрите, тут у нас два хороших фолликула, — узист тоном дает понять, что с фертильностью у меня все замечательно несмотря на мой возраст. Еще и монитор ко мне разворачивает, чтобы я полюбовалась своим яичником. Равнодушно смотрю на экран. Супер. И что? Куда мне их? — И в целом все у вас хорошо… — врач заканчивает исследование и осторожно извлекает из меня трансвагинальный датчик. — Хорошо. Одевайтесь. Грудь посмотрю.