Книга Есть такая вероятность, страница 17 – Юлия Устинова

Играет припев “немерено” — лампабикт, Элли на маковом поле. И, да, я намеренно привлекаю к нам внимание.

— Дима! — смеясь, Надя отпихивает меня и с опаской, вжав голову в плечи, смотрит на подвесной видеокуб.

Идет кисскам-перерыв.

Ничего нового или необычного. Камера выхватывает на трибунах пару.

Болельщики сначала удивленно открывают рот, увидев себя на большом экране, целуются — кто как, затем камера вылавливает новую пару, которая удивляется и целуется, и так далее.

И когда перерыв заканчивается, я разочарованно выталкиваю:

— Ну вот. Мы в пролете.

Заметно расслабившись, Надя выдергивает мою руку из-за своей спины.

— Под монастырь меня подводишь, Дим, — ругается, а сама улыбается. — Всегда такой нахал?

И у нее даже щеки покраснели от волнения.

— Да где я нахал? Я предельно конкретный и откровенный парень, — снова беру Надю за руку. Склонившись, на ухо ей говорю: — Просто обнимаю тебя. Нельзя?

— Нас тут увидеть могут, — озирается. — Мне не нужны пересуды в новом коллективе.

— Тогда у меня для тебя плохая новость, — усмехаюсь.

— Что такое? — вкидывает на меня настороженный взгляд.

— Тебя уже с ног до головы обсудили.

— Да это понятно. Новая метла метет по-новому, — без особой досады произносит. — Я про то, что между нами.

Я толкаюсь носом Наде в висок.

Пахнет от нее роскошно. Рот слюной наполняется. В узлы всего скручивает, как хочется снова к ней прикоснуться.

— Ты про слишком много одежды? — какую-то примитивную базу выдаю.

В штанах восстание, в то время как мысленно я капитулирую всякий раз, стоит Наде хоть слово сказать.

И о каком нахальстве речь? Это мое обычное состояние.

Я хронический бабник. На меня с юношеских лет западают девушки и женщины самого разного возраста.

Если с ней есть, о чем поговорить, и она хороша собой, то почему бы и нет? Для общей пользы?

И это не про нечистоплотность и неразборчивость. Я не сплю со всем, что шевелится и у чего есть грудь. В определенной степени брезглив. Естественным запахам женского тела предпочитаю аромат хорошего парфюма, геля для душа, лосьона для тела, но чтобы от нее не пахло, как от пробника в яблочном магазине. И я вполне даже разборчив и всегда использую защиту.

Я забочусь о своем здоровье. Я на спорте. Я не бухаю и не курю. Я почти что почетный донор крови.

Но это, да, теперь, а по бурной молодости чего только не было: втроем, вчетвером, секс на корпоративе, в родном падике, даже в гостях под бой курантов с девушкой моего приятеля. Разные женщины, и у каждой свои предпочтения. Одной нравилось, когда ее связывали и пороли ремнем, но с ней я быстро закруглился. Я больше по классике и за взаимное удовольствие. Были и те, кто его со мной не получал. Я же не телепат и не Дед Мороз. Каких только не встречал, и едва ли получится вспомнить всех даже под дулом пистолета. Только это всегда была исключительно обоюдная симпатия и интерес к партнерше — такая необычайно яркая вспышка в мозгах с эффектом, как от самой забористой дури.

Я зависим от этого.

Но я не пикапер — лишь бы телку уложить. Укладываю тех, кто в моем вкусе. Трофейная рыбалка меня не интересует. Однако стоит остановиться на одной, испытать скачок эндорфинов, как уже хочется другую. И всё. Больше никаких мотивов.

Вот я и пытаюсь понять, что со мной произошло за эти… сколько их там дней?