Книга Есть такая вероятность, страница 114 – Юлия Устинова

Надя

Я не понимаю, это шутка какая-то, что ли?

В полном смятении пересматриваю Димино видеосообщение.

Он на площади “Роза”. За его спиной высится Ратуша. На заднем плане кто-то делает селфи. Фоном играет музыка.

Да как такое возможно?

На ИИ-проделку не похоже, но не может же Лядов сейчас находиться в Красной Поляне?

А если может, то как это понимать? Вот же только писал, что у него рабочий день заканчивается.

Нет. Это полная ерунда. Бред. Фантасмагория!

У меня в горле булькает смех, хотя веселого в ситуации мало.

Димино поведение, как минимум, выглядит странным, а, как максимум…

С трудом выйдя из оцепенения, печатаю сообщение.

Я: Как это понимать?

Он тут же его прочитывает, словно все время держал чат открытым.

Дима: В двух словах не объяснишь. Наберу тебя.

И это не вопрос. Он немедленно мне перезванивает.

Переполошившись, со второй попытки смахиваю значок.

— Дима?

— Да-а, — растягивая, смеется. — Это... я.

— Я поняла, что ты! Как ты тут оказался?!

— Ну… как? Приехал.

— Сегодня?

— Нет. Я тутуже третью неделю. Короче, я здесь теперь… Тоже. Работаю и живу. Так получилось, — заканчивает он как-то нерешительно.

— Ты в Сочи? — уточняю, пытаясь переварить новости.

— Да.

— Давно?

— Сказал же, третью неделю.

Я моргаю и киваю так, словно Дима может меня видеть.

— А-а… — тяну в неотступном ошеломлении. — И что ты… Работаешь, да, сказал?

— Да, Надь, — слышу, как он издает сдавленный смешок.

Туплю я, туплю. Но можно же меня понять!

— Где?

— В Титане же. Я тебе не врал.

Я хмурюсь. Кажется, у меня даже давление подскочило.

“Титан” — федеральная сеть. Ладно. Магазин есть и на Красной Поляне. Допустим.

Но как там Дима оказался?

— Дим, я что-то ничего не понимаю.

Я окончательно сбита с толку.

— Да не волнуйся ты так. Ну, да, я чуть ближе, чем ты думала. Может, встретимся? — предлагает.

— Когда?

— Сейчас… — говорит он и, немного помолчав, добавляет: — Если хочешь.

Свет на кухне выключен. У меня в кружке стынет зеленый чай. На липкой ленте под потолком в агонии жужжит муха. Окно нараспашку. Пахнет гарью, которую ветер принес со свалки, и остывающим в кастрюле клубничным вареньем. Слышу, как скрипят половицы под линолеумом. Из ванной вышла мама. И на фоне таких привычных звуков и запахов ощущение нереальности происходящего только усиливается.

— Дим, это же не прикол? — тихонько уточняю.

— Надь, ну какие приколы? — снисходительно отражает. — Скинь мне адрес или геолокацию.

— Ладно.

— Давай. Жду.

Дима скидывает. Раздается приближающийся топот маминых ног. Щелкает выключатель.

— Господи, напугала! — вскрикнув, мама хватается за сердце, увидев меня. — Ты чего это в темноте сидишь, Надь?

— Да так, — выбираюсь из-за стола. — Мам, я это… — смутившись, тщательнее подбираю слова. — Ко мне приедут сейчас. Я выйду ненадолго.

— Кто это на ночь глядя? — настораживается.

— Знакомый один.

Мама окидывает меня тяжелым взглядом.

— А-а… Опять? — неодобрительно ворчит. — Этот? Твой?

— Нет, не этот, — догадываюсь, что она Панина имеет в виду.

— А кто? — сменив гнев на милость, с любопытством меня разглядывает.

— Ты его не знаешь. Мы работали вместе. Зимой. Он оттуда, — дергая головой, указываю направление, представляя перед глазами карту страны. — Из Магнитогорска.

— Так он в отпуск? — предполагает мама. — А чего так поздно? До утра не терпит?