Книга Я тебя не хочу, страница 43 – Елена Тодорова

Какая кошмарная смерть!

Удар о твердую поверхность выбивает из меня дух. Голову от затылка пронизывает болью. Застонав, вырубаюсь.

По ощущениям много времени в отключке не теряю. Каких-то пару минут, и в мое помутневшее сознание прокрадывается чертов гипнотический голос Фильфиневича.

— Эй, эй, эй… — по неизвестным причинам он звучит взволнованно. — Зверушка? Служанка? Шмидт!

Чувствую, как Люцифер суматошно трогает ладонями мое лицо. Когда он не пытается причинить боль, его горячие руки вызывают очень приятное покалывание кожи. Кажется, будто под ней возникает волшебное свечение.

Я не хочу просыпаться.

Тяну время, чтобы подольше ощущать прикосновения мучителя. Планирую лежать и не подавать признаков жизни. Но едва эта мысль окончательно формируется, я резко распахиваю глаза.

Ослепленная светом направленного мне в лицо телефонного фонарика, первые секунды лишь лихорадочно моргаю. А когда зрение фокусируется, в ужасе таращусь на Люцифера.

Его глаза… В них плещется нечто необычное, делающее его другим человеком. Незнакомым. И вместе с тем до жути знакомым.

Фильфиневич натужно дышит и при этом будто ощупывает меня взглядом. Смотрит так пристально, словно попросту не способен отвести от меня глаз.

Я тоже не способна.

Нутро прошивают дикие спазмы. Легкие, наполняясь кислородом, распирают грудную клетку. Но сердце за секунды отвоевывает территорию.

— Я умерла? — выдыхаю прерывисто.

Голос такой слабый и взволнованный, что будто и не мой вовсе.

— Нет, — хрипит Люцифер, одергивая от меня руки. — Ты не умерла.

— Странно… Я крайне странно себя чувствую… Кажется, очень сильно ударилась головой.

На высокомерной морде лица Фильфиневича появляется то самое презрительное выражения, к которому я привыкла.

Фух. Слава Богу. Кажется, я прихожу в себя.

— Может, у тебя мозги на место встали, — глумится шут.

Я злюсь. Без какой-либо необходимости шлепаю его по рукам.

— Грабли убрал! — рявкаю, игнорируя то, что он давно меня не касается.

Решительно подавшись вперед, сажусь.

В голове тут же начинается пляска. Прижимаю пальцы к пульсирующим вискам и вздыхаю. Осторожно оглядываюсь.

Вокруг темно — фонарик в руке Фильфиневича является единственным источником света. Под моей задницей что-то вроде бетона. А еще… В этом помещении жутко холодно и пахнет погребом.

— Где мы? — пытаюсь выяснить у Люцифера.

— Не имею понятия.

— То есть? — теряюсь я. — Это… Это одна из ловушек? Что, если тут еще кто-то есть?

Поймав в моем голосе жалкие нотки страха, демон ржет.

— Нет, Шмидт. Мы не в ловушке. Это какое-то подземелье, и ты в него провалилась.

— Подземелье?..

— Радуйся, что не канализация. Вот было бы забавно!

— Так, подожди… Я провалилась, а ты как здесь оказался?

— Через тот же люк.

— То есть ты прыгнул за мной? — восстанавливая хронологию событий, все больше удивляюсь.

— Да, — толкает Люцифер как-то непривычно сконфуженно.

Я квакаю от изумления. Дернув его руку, направляю свет фонарика ему в лицо.

— Ты прыгнул за мной? Просто прыгнул? Не имея понятия куда?!

— Ну да, — подтверждает еще более сдавленным тоном. На ходу злится. — И что с того?

— А то, что ты идиот, Димочка! — заключаю триумфально.

— Хватит меня, блядь, обзывать! — цедит, агрессивно надвигаясь.

— Ты это начал, — предъявляю я в ответ, не уступая ни миллиметра пространства. — С моей стороны ответка — жест доброй воли.