Книга Я тебя не хочу, страница 216 – Елена Тодорова

Неужели меня… то есть нас… блин, Альфию!.. кто-то преследует?

Кто? И зачем?

Мою… Ее… Фух, давайте так: грудную клетку, которая в данный момент мне принадлежит, сдавливает, и я чувствую, как в ставшем тесным пространстве сотрясает все внутренности.

Падающие с потолка капли, летящие со всех сторон шорохи, шелест долбаных юбок, собственное сбившееся дыхание — все это действует на нервы, как озверин. Но в настоящий ужас приводит шарканье чьих-то грузных ботинок по каменным плитам.

Срываюсь на бег. Благо до мечети с десяток метров. Стремительно их преодолеваю. Бросив факел на землю, достаю из ридикюля маленькую свечку. Пламя бушует подобно страху внутри меня, желающему охватить вся и все, но я решительно наклоняюсь и поджигаю свечку. Выпрямившись, подошвой туфли тушу факел. Коридоры подземелья мгновенно погружаются во тьму, в которой даже стены дышат опасностью.

Прошептав короткую молитву, вхожу в мечеть. Сразу за дверью скидываю с ног туфли. Не включаю электричество, а потому тут, несмотря на крохотный огонек свечки, которую я несу в руках, почти так же темно, как и снаружи, но я двигаюсь по памяти. По памяти Альфии, конечно же. Направляюсь в один из углов помещения, но не дохожу до него. Остановившись у покрытой арабесками стены, опускаюсь коленями на пол и откидываю край шерстяного коврика. Под ним в бетонном полу обнаруживается небольшой квадрат деревянных половиц. Одну из них я вынимаю, чтобы затолкать в образовавшую щель выуженную из ридикюля книгу. За ней в тайник опускается что-то еще… То ли письма, то ли свернутые вчетверо документы. Возвращаю дощечку на место и вновь прикрываю ее половиком. С явным облегчением выдыхаю. Но едва я поднимаюсь с колен, дверь в мечеть открывается…

Как уснуть после этого сна? Боюсь увидеть продолжение. Выползаю из кровати, чтобы ни в коем случае не отрубиться. Подхожу к окну. Обхватив себя руками, вглядываюсь в темноту до тех пор, пока над горизонтом не появляются первые рассветные лучи. Лишь после этого начинаю успокаиваться.

Возвращаюсь к кровати, чтобы взять в руки мобильный.

Твоя Богиня: Спишь?

Твой Идол: Проснулся.

Две крайние ночи мы с Фильфиневичем провели отдельно, потому как на следующий день после свадьбы он слег с тяжелой хворью, обвинил в этом мою бабулю и запретил мне подниматься на второй этаж. Я его выкидоны близко к сердцу не принимала. Догадалась, что является истинной причиной ограничения на передвижение по дому. Чванливый Люцифер попросту не пережил бы, если бы я вдруг услышала, как его величественную персону рвет или поносит.

Ну, идиот, что тут еще скажешь…

В спальню к нему не ломилась. Но на этаж, конечно, поднималась. Оставляла под дверью еду и лекарства. Стучала и уходила.

Твоя Богиня: Как себя чувствуешь?

Твой Идол: Нормально. Кажется, попустило. Так жестко полоскало, блядь. Даже не верится, что прошло.

Твоя Богиня: Ну… Все когда-то заканчивается.

Я, безусловно, не сообщаю, что исцеление произошло благодаря разработанному мной меню с добавлением кое-каких трав.

Напрягаю мозги, чтобы вспомнить, какая сегодня дата.

— Пятнадцатое августа… — бормочу приглушенно.

До конца контракта с Фильфиневичами совсем немного осталось. Каких-то десять дней… Понимаю это, и за грудиной что-то сжимается.

Твой Идол: А ты почему не спишь?