Книга Я тебя не хочу, страница 132 – Елена Тодорова

Шмидт молчит. Ни слова, на хрен, не выдает.

Отстраняюсь ровно настолько, чтобы отлепить ее от дерева и задрать это гребаное подобие спортивного лифчика. Обнаружив под мокрой тканью ее маленькие сиськи, несколько теряюсь от того, какими холодными они, помимо прочего, сейчас являются. Ничего удивительно, что, почувствовав на них мои горячие ладони, служанка стонет. Но я, блядь, хочу думать, что это происходит от блаженства. Прижимаясь к ней сзади, тяжело выдыхаю ей на ухо. Перебираю пальцами тугие вишни и сам, сука, стону, как маньяк. Стискивая и с силой оттягивая, вынуждаю зверушку вторить.

— Отстань… — умудряется она прошептать между участившимися звуками удовольствия.

Вцепившись мне в руки, расцарапывает кожу. Похрен. Я с тем же рвением терзаю ее сиськи. Представляя, какими красными они от моих щипков становятся, вбиваюсь между упругих булок Шмидт членом.

— Не надо… — с опозданием выдыхает, когда срываю с нее трусы.

Я молча заставляю ее прижаться голым телом к шершавому дереву. От стонов, которые после этого выдает, едва не улетаю.

— Лия… — сам не знаю, как это обращение из меня вытекает.

Заколдовала, ведьма.

Лихорадочно трогаю ее везде, где только могу коснуться, но дерзким сиськам больше всего достается. Пока то тут, то там тискаю, замечаю, как Фиалка непроизвольно раздвигает ноги и трется лобком о дерево. Предполагаю, что там меня ждет потоп, но все равно охреневаю, когда скольжу пальцами между ее половых губ.

— Блядь… Из тебя течет… — рычу, теряя от похоти голову.

— Не трогай… — выстанывает Шмидт сдавленно.

Какой там «не трогай»! Трогаю, конечно. Вынудив ее практически лечь мне на грудь, яростно дрочу пульсирующий клитор — зажимаю пальцами, натираю, похлопываю и массирую. Концентрат возбуждения сочится не только между бедер Лии, но и, ляпая вниз, цепляется за меня неразрывными нитями. Периодически подбираю эти вязкие полоски, чтобы втереть секрет в распухшую пизденку моей зверушки и между ее ягодиц. Беспрепятственно вставляю пальцы — как во влагалище, так и в анус. Блядь, блядь, блядь… Вхожу в ее узкие дырочки туго. Не больше, чем на две фаланги. С трудом растягиваю. Возможно, ей в какой-то степени больно. Трясется лихо. На ногах не держится. Но, забываясь в наслаждении, позволяет мне себя таким образом трахать.

Схожу с ума, мать вашу!

Это больше, чем я хотел. И вместе с тем мне до одури мало всего, что я от Шмидт получаю.

Не оставляю без внимания сиськи, на которых повернут. Через какое-то время из-за моих жадных касаний они не только рябят алыми пятнами, но и оказываются вымазанными в сексуальном экстракте ведьмы.

Довожу ее до состояния животной похоти. Поставь на колени и вели взять в рот, она бы, не хуй делать, взяла. Да только я этого сам не выдержу. Кончу, прежде чем ее губы засосут головку.

Блядь… Нельзя даже думать об этом!

Пора действовать, иначе я реально вхолостую взорвусь.

Перед тем как отправиться в подземелье, предусмотрительно прихватил с собой презервативы. Они в кармане штанов, которые валяются в траве. Нужно всего-то на минуту оставить Лию, пойти и взять защиту. Однако это всего-то — больше, чем я способен выдержать. Я даже от боксеров освобождаюсь не до конца. Тупо до середины бедер стаскиваю и оставляю.

— Прогнись еще немного ко мне… — сиплю, безумно присасываясь к шее Фиалки.