Книга Отчим, страница 86 – Mariya Velvet

Увидев перед собой напиток, учительница быстро выпила его, и Платон ей заботливо налил еще.

— Я не могу поверить… — скуксилась она.

— Придется, — осторожно усмехнулся Платон. — Марта, это наше с Анной дело. Что бы там уважаемая общественность не думала. Кстати, Марта, уж кто-кто, а ты активно сводничала.

— Я хотела, чтобы Аня на тебя обратила внимание, но думала, что ты все сделаешь по-человечески, выпускной, предложение руки и сердца, поступление, а уж потом беременность, курсе на последнем. Какие вы, мужчины, всё-таки животные!

— Все пошло не по твоему сценарию? — усмехнулся Платон.

— Какой у нее срок? Все же будет нормально? — с надеждой спросила сестра.

— Два месяца уже, — с осторожной гордостью ответил Платон. — В сентябре ждем. Я прошу хотя бы от тебя максимальной деликатности в этом вопросе.

Ночь в больнице тянулась, как бесконечная нить, сотканная из храпа и тиканья часов на стене. Аня лежала, прислушиваясь к тишине внутри себя — там, под рёбрами, где теплилась жизнь. Рука непроизвольно легла на живот, будто прикрывая кроху от мира, полного острых углов и колких слов.

Захотелось подышать, и девушка выскользнула в длинный больничный коридор.

— Марта уехала, — сказал Платон, обнимая её за плечи. — Сказала, что привезёт тебе учебники. Чтобы не отстала.

Ему, как доктору, не составило труда прийти в больницу во внеурочное время.

— От кого? От сплетен? — горько усмехнулась Аня.

— От мечты, — поправил он. — Ты же хотела в мед…

Анне в палате, где лежали гинекологические больные, было откровенно страшно. Лежали, в самом деле, и школьницы, и женщины постарше, и сохраняющие беременности, и после прерывания.

Ее терпению пришел конец, когда на соседнюю койку положили женщину, направленную на прерывание беременности по медицинским показаниям.

Двадцать одна неделя, множественные, несовместимые с жизнью патологии. Женщине дали таблетки, вызывающие схватки.

Так как все это происходило буквально в полутора метрах от Ани, девушка не выдержала и сбежала в коридор, чтобы позвонить Платону.

— Немедленно забери меня отсюда, или я сама уйду, — потребовала Аня, объяснив ситуацию. — Моя нервная система искусственных родов в прямом эфире не выдержит. Бедная тетенька рыдает, а еще у нее температура. Я устала переживать и нервничать.

— Ладно, крошка, потерпи, я в часе езды, скоро заберу, — вздохнул Платон и прибавил газу.

Очутившись дома, Аня с наслаждением прошлась по комнатам. Почти чисто. Разве что можно полы еще на раз перемыть…

— Кто прибирался? — хитро спросила девушка. — Клининг вызывал?

— Сам, все сам, — кивнул мужчина. — Ты меня к новому стандарту чистоты приучила, я привык.

Платон притянул ее к себе, обнял и зацеловал, не забыв с нежностью погладить живот.

Аня углядела небольшую ссадину у мужчины на скуле. Она озадаченно оглядела его лицо.

— Ты что, подрался? — изумленно спросила она.

— Немного, — смутился Платон.

С кем? — изумилась еще больше девушка.

— Аня, это мое дело. С коллегой одним, — отмахнулся Платон. — Все в порядке.

— Точно?

— Да точно, точно, милая. Оба уже выговор получили, и я, и он.

— Я завтра в школу иду, у меня контрольная, — решительно сказала Аня.

— Точно нормально себя чувствуешь? — насторожился Платон.

— Ну ты же видел вчерашнее узи, оно хорошее! Малыш подрос.