Книга Отчим, страница 24 – Mariya Velvet

Впрочем, слушалась она далеко не всегда, продемонстрировав это на второй же вечер по приезду в Маккавеевку. Дело было, конечно, в комендантском часе. Платон еще при первом разговоре понял, что с этим у них возникнут проблемы, больно у девушки возмущенный взгляд был.

Позвонив в 20.15 и обнаружив ее где-то в районе федеральной трассы, Платон разозлился. Он аж глаза прикрыл от раздражения. Хорошо, хоть рядом пациентов не было.

— Ну и где ты, позволь узнать, — с нарастающим гневом спросил он.

— Я гуляла. Переделала все дела, пошла посмотреть поселок. Задумка была проехать на автобусе его повдоль от начала до конца. Я же не под арестом? — насупилась девушка.

— Аня, но время… Вот ты сейчас где? — волновался мужчина.

— Ммм, иду вроде как мимо старой суконной фабрики, развалины тут живописные. Автобус, понимаешь, не пришёл. Я все просчитала, уточнила время рейса, а он взял и не пришел.

— Осторожнее там мимо заброшки шагай, держись поближе к федеральной трассе.

— На трассе машины летят с такой скоростью… Тротуаров нет, идти жутко некомфортно, — поделилась Анна.

— Ну вот я об этом и говорил, когда просил тебя первое, заметь, просто первое время вечерами посидеть дома. Да, у нас так и есть, автобус, если пассажиров на линии недостаточно, или еще какие у водителя приключения, может просто не приехать.

Платон говорил довольно раздраженно. Анне это не нравилось, но она решила не обижаться, а попробовать донести до мужчины свою точку зрения.

— Пойми, я просто не рассчитала… у меня даже дома таких запретов не было… это не логично!

Платон выдохнул. В ординаторскую заглянула медсестра с сообщением, что привезли очередного пациента.

— Пойми, Турция — не Россия. У тебя нет осторожности еще, что ли. Для тебя все законопослушные и хорошие, как в дорогом районе Стамбула. Пойми, глупая, провинция в России — дикое поле. Много приезжих, со своими порядками, к примеру. Ты, со своей длиннющей косой, со своей молодостью, одна на дороге, как красная тряпка для некоторых… Вот там где ты сейчас идешь — промзона, много заброшек. Недавно туда несколько отморозков женщину затащили… Дальше говорить не буду, что дальше было, и так должно быть понятно.

— Более чем, — выдохнула Анна. — Я уже иду домой. Вокруг народ, если что. Не волнуйся.

— Не обижайся. У меня профдеформация. Понимаешь же, вся травма с района, вся наша. Кого только не бывает…

— Что такое «профдеформация» — поинтересовалась девушка. — Это от какого слова производная?

— Ох, турчаночка, ту еще и языком не в полной мере владеешь. Профдеформация — это деформация характера, связанная с трудностями профессии, перекос личности такой. К примеру учительница русского и литературы, ожидающая, что ее знакомые мужчины будут благородны, как Чехов… Понятно?

— Да, — кивнула Анна.

— Так вот. Так как я травматолог-хирург, у меня своя деформация. Пьяные, поломанные, простреленные, каждые выходные. Каждые праздники — бонус в виде двойного потока хорошо погулявших. Один раз даже скальпированную рану реставрировал. С полицией работаем каждый день, — сказал Платон. — Я пойду я, пациента привезли. Отпишись, пожалуйста, как домой попадешь.

Уже в самом конце пути, в поселке, Аня решила сократить путь и пошла к своей улице через большое поле. Платон, конечно, умел напугать и испортить настроение. Все было нормально и дошла она нормально! Зато оставшиеся полдороги у нее поджилки тряслись, как у маленькой девочки.