Книга Я на тебе (не) женюсь, страница 168 – Диана Рымарь

Саркисяны снова поджали губы, чуть попыхтели, кивнули, тоже синхронно.

Эва сделала новый глоток молока, силясь придумать, что бы такого сказать, чтобы сгладить неловкий момент.

Но родителям Артура не понадобилось никакой помощи в смене темы.

— Скажи-ка, Эвочка, как давно ты беременна? – спросил Вазген Артурович.

На этот вопрос Эва ответила с радостью:

— Уже шестой месяц.

— А с виду и не скажешь, – зацокала языком Карина Авиковна. – Ты такая худенькая, живот совсем небольшой. Тебе надо побольше есть! Я лично позабочусь о том, чтобы ты хорошо ела… А кто у вас будет?

— Девочка, – с улыбкой ответила Эва. – Кариночкой назовем.

— Кариночкой? – всплеснула руками Карина Авиковна. – Слышишь, Вазген, Кариночкой! Это Артурик придумал, да?

— Ну… – Эва замялась, не зная, как правильнее ответить, решила сказать как есть: – Пару месяцев назад мы с Артуром обсуждали возможные имена, когда еще не знали пол ребенка. Он говорил, что хотел бы назвать дочку Кариной, я, правда, тогда не знала, что вас тоже так зовут. Но потом долго крутила имя в голове, оно очень красивое…

Она сразу поняла, что попала в точку.

Карина Авиковна так широко улыбнулась, что осветила комнату блеском белых, как жемчуг, зубов.

— Как я рада! Прямо счастлива!

— А расскажи-ка нам, девочка, про себя, – вдруг сказал Вазген Артурович. – Учишься ли, работаешь?

— И то, и другое. Я специализируюсь на рекламе отельного бизнеса, как Артур, мы работаем вместе, – ответила Эва.

Карина Авиковна озарила кухню еще одной улыбкой:

— Видишь, Вазген, не горничная, а коллега!

Милана тихонько хмыкнула. Эва с ней переглянулась, поймала понимающий взгляд. Хотела было сказать, что тоже трудилась в гостинице горничной, но подумала, что, наверное, родителям Артура необязательно знать, что значится в ее трудовой, и промолчала.

— Ответь-ка еще на один вопрос, – прищурился Вазген Артурович. – Почему вы с Артуром до сих пор не поженились, если у тебя уже шестой месяц?

Ох, Эве не хотелось отвечать на этот вопрос. Ведь он повлек бы за собой много признаний, которые не хотелось делать.

И она ограничилась размытым объяснением:

— Мы хотели, точнее планировали, но потом между нами все разладилось…

— Так вы вместе или не вместе? – тут же всполошилась Карина Авиковна.

— Ну… и так, и не так… Точнее, пока не так, но я надеюсь, что будет так… – Эва и сама не поняла, что сморозила.

Ее ответ явно не понравился родителям.

Вазген Артурович тут же нахмурил брови, спросил:

— Так если вы не вместе, отчего же ты была в квартире Артура? Насколько я понял, ты там живешь?

Эва быстро сообразила, что Артур не говорил родителям, что переписал на нее квартиру. И, боже помоги, она не хотела сообщать им эту новость.

Но ей и не пришлось, потому что за нее тут же вступилась Милана:

— Отец Эвы выгнал ее из дома, как забеременела, вот Артур и взял ее к себе жить.

— Как это выгнал из дома? – тут же всполошился Вазген Артурович. – Из-за беременности, что ли?

Эва кивнула со вздохом. Вспомнила выражение отцовского лица, когда сказала ему о своем положении, и ее передернуло.

Вазген Артурович нахмурился еще больше, закипел праведным гневом:

— Как так можно: дочку из дома вон? Разве это по-христиански, разбрасываться собственными дочками? У него их много, что ли? Эва, много ли у тебя сестер?