Книга Моя (не)любимая бывшая, страница 62 – Диана Рымарь

А потом открывает свой чудесный рот и тараторит:

— Ты дрочил до того, как я пришла? Ты в халате был и, кажется, без трусов. Так вот, дрочил?

С трудом ловлю отвисшую челюсть. Я ожидал услышать от нее что угодно, но не это.

— Чего? — переспрашиваю хрипло. — О чем ты спрашиваешь вообще?

— Ты не знаешь значения слова «дрочил»? — она переходит почти на визг. — Самоудовлетворялся, рукоблудил, натирал хозяйство правой рукой. Я достаточно ясно пояснила? Ты делал это?

Тут уже приходит моя очередь злиться.

— Я прекрасно понимаю значение слова «дрочил», но с какого перепугу ты решила, что я этим занимался тогда? К тому же я был в трусах. Какое вообще отношение это имеет…

— Тогда остается только один вариант, — она резко меня перебивает. — В тот вечер ты кончил в меня, Барсег? Я знаю, это длилось всего какие-то секунды, но… Ты сделал это?

Надо видеть, каким она меня при этом одаривает взглядом.

Я столько презрения в ней сроду не видел. И злости!

Становится смертельно обидно.

Ишь ты, какой я нехороший, запачкал девчонку своей спермой. Опошлил невинного ангела.

Естественно, я в нее кончил! Точнее, не так. Ошарашенный тем, что она оказалась девственницей, я вытащил из нее член, но пока вытаскивал… В общем, случилось. Немного в нее, немного на халат.

И я в этом нисколько не виноват. Виновато полугодовое воздержание. Я в принципе на тот момент был готов кончить от одного лишь взгляда на голое женское тело, а тут Снежана со своей идеальной, да к тому же девственной вагиной. Тут бы успеть донести, не то что что-то там контролировать. На моем месте кончил бы любой, абсолютно любой мужик.

Я не скорострел, нет. Я могу заниматься любовью хоть полночи. Просто первый раз у меня обычно заканчивается быстро. Второй длится значительно дольше, а третий ровно столько, сколько я захочу. Снежана бы об этом знала, если бы тем вечером не сбежала от меня.

— Что с того, что я в тебя кончил? — спрашиваю с прищуром.

— Так это правда? — стонет она. — А сказать? Тебе что сложно было сказать, что так получилось? Ты же был без презерватива!

А я бы и сказал ей тогда. Но ее величество не изволило дождаться меня из душа. Да к тому же на следующий день она также не горела желанием со мной общаться.

— Какая разница, когда говорить? — я строго на нее смотрю. — Тогда или сейчас?

Кто бы знал, что именно эта фраза взбесит ее окончательно.

Снежана взвивается, смотрит на меня фурией и возмущается:

— Я бы тогда таблетку приняла! Я бы как-то себя обезопасила… я бы…

— Стоп, — останавливаю ее жестом. — Какую тебе, на хрен, таблетку? Срочные контрацептивы, что ли? Снежан, ты совсем головой двинулась? Начнем с того, что эти таблетки в принципе очень вредны даже абсолютно здоровым девушкам. У тебя, вообще-то, отрицательный резус-фактор, к тому же скачущий цикл. Тебе наблюдаться надо, а не всякую хрень пить! Ты о своем женском здоровье хоть секунду подумала?

Моя речь немного ее отрезвляет.

Она делает настороженное лицо, спрашивает:

— Откуда ты знаешь, что у меня отрицательный резус-фактор?

Ее вопрос неслабо действует на нервы.

— Мне ли не знать? — развожу руками. — Хочу напомнить, ты была моей невестой. Я лично водил тебя в клинику обследоваться, припоминаешь? Ты показывала мне все результаты, и так уж сложилось, что у меня нормальная память, я помню твою группу крови и резус-фактор.