Книга Сдавайся снова, Александрова!, страница 51 – Лина Коваль

Не выдержав напряжения, спешно со всеми прощаюсь, спускаюсь и еду домой.

Даже мой любимый город, даже он кажется неприветливым. Темные свинцовые тучи низко свисают с неба, а глаза цепляются за серое.

Только дом, наша квартира встречает меня теплом.

Переодевшись в уютную пижаму, падаю на пол и упираюсь лопатками в сидение дивана. Гипнотизирую телефон и звоню дочери. Просто хочется почувствовать кого-то… рядом.

Одиночество я любила, но когда дети были маленькими. Каждый поход в магазин - глоток свежего воздуха. Наконец-то! Хоть полчаса одной. Пройтись со стаканчиком кофе вдоль набережной или шлепнуться на ближайшую лавку в парке с любимой книжкой.

Сейчас одиночество колючее… Болезненное… Оно кусается. Чтобы хоть ненадолго перестать чувствовать его зубы на себе, звоню дочке:

— Настя…

— Привет, мам, - отвечает она весело. - У тебя что-то срочное?

— Да нет…

— Мы с Кириллом в боулинге. С друзьями, - в трубке слышится смех. - Можно, я тебе вечером позвоню? Поболтаем…

— Конечно.

Опускаю телефон.

Кажется, что в жизни упустила что-то важное.

Кажется, так и останусь глубоко несчастной. Навсегда.

— Лида, привет, - вглядываюсь в лицо подруги.

Она беззаботно улыбается на фоне забегаловки, на стенах которой нарисованы хот-доги и стаканы с Колой, и наводит камеру на Матвея. Он машет мне рукой и дурачится с трубочкой, вставленной в такой же стакан.

Я смотрю на крестника и, как обычно, пытаюсь найти общие черты… с ним…

Да. Десять лет я боюсь увидеть в этом лице что-то родное. Черт возьми, да я там это вижу! Мне не могло это показаться…

Те же волосы, по крайней мере, их структура, те же брови, аристократические скулы и сдержанные по полноте губы. Тот же нос.

Порой мне казалось, что я схожу с ума.

От боли…

— Иди поиграй, - Лида отправляет Матвея из-за стола и все еще улыбается мне. - В теннис понравилось играть. Вдохновляется Артемом. Все же он ему, как старший брат…

Я сглатываю слюну, но слова в этот раз выходят из меня слишком быстро. Видимо, надо было произнести это вслух лишь однажды, чтобы система заработала именно так.

— А Артем ему старший брат? - спрашиваю грубовато.

Лида хлопает глазами от шока.

— Оля….

— Матвей от Ильи?

— Оля… - она нервно смеется.

— Что Оля? Что? Зачем ты все время намекаешь на это, Лида? Ты десять лет надо мной издеваешься! Сравниваешь наших детей, их группы крови, наследственные заболевания, цвет волос. Ты все уши мне прожужжала дайвингом и тем, как Матвею нравится бассейн, как Илье. Скажи мне прямо - ты родила от него?

— Нет, - она выпаливает, сильно оскорбляясь. - Ты говорила, что меня простила! - обвиняет тут же.

— Я тебя простила!

— Нет, не простила. Ты только что это доказала. Столько времени так обо мне думала, я все это чувствовала, девчонки не дадут соврать. Мне даже уехать пришлось… из-за тебя.

— Из-за меня?

— А как же? Ты все время смотрела на меня, как на виноватую. Твоя мама просила меня подождать, уговаривала, но сил моих больше не было. Это все видели! Я уехала сюда, за тысячи километров от родного города... - она вытирает слезы. - А ты мне звонишь, чтобы снова обвинять? Потому что меня некому защитить?

Я на долю секунды теряюсь.

Либо я действительно не в себе, либо это какая-то тонкая искусная манипуляция. Как кружево изо лжи.