Книга Измена. Ошибка, которую нельзя простить, страница 92 – Анна Царская

Эмоции после суда улеглись, и мы можем поговорить обо всём спокойно. Чувствую, что мы должны поставить или запятую в наших отношения или точку.

Толкаю дверь и захожу.

Он уже сидит за нашим обычным столиком у окна, листает документы. Выглядит усталым, глубокие тени залегли под глазами, непривычно видеть его таким умотавшимся. Последние недели суда выжали из него все силы.

— Привет. - Сажусь напротив.

— Привет. - Он откладывает бумаги, внимательно изучает моё лицо. - Ты хорошо выглядишь. Отдохнувшая.

— Спасибо тебе. За всё. За то, что спас его.

Александр кривится, как от боли:

— Я не его спасал.

Официантка подходит принять заказ. Я беру капучино, Александр - двойной эспрессо. Между нами повисает неловкость, которой раньше не было. Мы оба знаем, зачем встретились, но не знаем, с чего начать.

— Полина, мне нужно кое-что сказать. - Александр смотрит на стол, не поднимая глаз. - Я мог добиться реального срока для Ростислава. У меня были все козыри на руках. Достаточно было чуть сильнее надавить на его участие в махинациях, меньше акцентировать внимание на сотрудничестве со следствием.

— Но я этого не сделал. Знаешь почему?

— Потому что ты порядочный человек?

— Нет. - Он поднимает голову, и в его глазах столько боли, что хочется отвернуться. - Потому что видел твоё лицо, когда оглашали приговор. Видел, как ты радовалась, что его не посадили.

Молчу, не зная, что ответить. Откровенный разговор даётся мне тяжело. Он прав, потому что вопреки всему, вопреки обидам, я радовалась, что Ростислав останется на свободе.

— И понял, что проиграл. - Продолжает Александр тихо. - Что никогда не был в игре, если честно. Ты была благодарна мне, симпатизировала, может, даже думала, что влюбляешься. Но любила всё это время его.

— Ты правда так думаешь?

— Это не упрёк, я тебя ни в чём не обвиняю. Сердцу не прикажешь, правда?

В его голосе нет горечи. Только усталость человека, который долго боролся за то, что ему не принадлежало.

— Я думала, что забыла его. Я действительно его ненавидела, но потом что-то поменялось.

— И поняла, что всё ещё его любишь.

Киваю, не в силах произнести это вслух. Слёзы стоят в глазах, но я не позволяю им упасть. Не имею права плакать перед мужчиной, которому делаю больно.

Александр достаёт из кармана небольшую коробочку, кладёт на стол между нами.

— Что это?

— То, что я хотел тебе подарить. После суда. Если бы всё сложилось по-другому.

Открываю коробочку дрожащими руками. Внутри лежит простое, изящное кольцо, с небольшим бриллиантом. Красивое и дорогое. Видно, что выбирал он с любовью.

— Ничего не говори. - Он накрывает коробочку моей рукой.

— Прости меня, не думай, что я использовала тебя.

— Ты меня не использовала. - Его голос становится жёстче. - Я сам всё прекрасно понимал. Понимал, что играю роль утешителя, что помогаю тебе справиться с болью. И всё равно надеялся, что со временем всё изменится.

— Что теперь будет? Мы останемся друзьями?

Александр долго молчит, обдумывая ответ.

— Вряд ли. Хочется сказать «да», но... трудно дружить с женщиной, которую любишь, зная, что она выбрала другого. Может, со временем. Когда боль притупится.

— Полина, дам тебе совет напоследок.

— Конечно.

— Не торопись. Дай ему действительно доказать, что изменился. И дай себе время простить по-настоящему. Не из жалости, не из привычки, а из любви. Ты заслуживаешь счастья.