Книга Измена. Ошибка, которую нельзя простить, страница 9 – Анна Царская

— Ты прекрасно знаешь, что это не так.

Он резко обернулся. Взял с вешалки куртку, натянул на плечи.

— Мне нужно проветриться. Ты сейчас злая, и мы всё равно ничего не решим.

Он подходит к двери и задерживается на секунду, будто ждёт, что я скажу: останься.

Но я молчу. И тогда он, не выдержав, хлопает дверью так, что баночка с кремом падает с полки в раковину.

Я стою в коридоре в одном полотенце, с мокрыми волосами.

Одна.

Прислоняюсь к стене и сползаю вниз. Хочется закричать.

Но в соседней комнате спит Кристина.

И ради неё - я снова смолчала.

Утро было тихим.

Слишком тихим для буднего дня, особенно в доме с ребёнком. Я проснулась первой - как всегда, после плохой ночи. Поставила чайник, открыла окно на кухне, впустив в комнату липкий июньский воздух и дальние гудки машин.

— Доброе утро. - Кристина выходит из спальни босиком. Сонно бормочет, трёт глаза и тянется ко мне.

— Доброе, солнышко. Хочешь блинчики или кашу? - Прижимаю её к себе.

— Блинчики с клубникой.

— Тогда садись, сейчас сделаю.

Она садится за стол, качаясь из стороны в сторону на стуле. Смотрю на свою малышку и мысленно повторяла: дыши, просто дыши. Всё это нужно ради спокойствия Кристи.

Она раскладывает игрушки, пока я взбиваю тесто. Всё идёт почти нормально, пока она не спрашивает:

— Где папа?

Перестаю двигать руками, венчик застывает в миске.

— Папа рано уехал на работу. - Говорю, не оборачиваясь. - Чтобы не будить нас.

— Почему он не спал дома?

Сжимаю ручку венчика и взбиваю тесто ещё интенсивнее. Делаю усилие над собой и поворачиваюсь к ней.

— Почему ты решила, что он не спал дома?

— Потому что я встала ночью попить воды, а его не было. Я заглянула в спальню, там никто не спал. Я подумала, может, вы опять поругались?

Она замолкает, и вижу, как глаза её тускнеют. Подхожу, сажусь рядом, беру её ладошку в свою.

— Крис… Мы с папой просто немного устали. Это бывает у взрослых. Но всё будет хорошо, ты не волнуйся, ладно?

— Он придёт?

Она смотрит на меня, её глаза полны детской надежды, и я заставляю себя улыбнуться, проглотить правду, которая жжёт горло. Вчера он ушёл, но так и не вернулся.

Специально, чтобы избежать разговора со мной. Муж привык всё контролировать, но, когда я сбежала от него на трассе, он понял, что теряет надо мной контроль и может потерять. Это состояние не привычно для него, потому что делает уязвимым. Мой муж не привык быть уязвимым. Для нас он ни в коем случае не должен терять лицо. Всегда должен выглядеть сильным и уверенным. И мне кажется, это противоречие разрывает его. Он жаждет быть сильным, успешным, но боится показать слабость, признав, что его действия разрушают семью. Его хлопанье дверью - это бегство от этого конфликта, потому что он не готов столкнуться с правдой о себе. Потому что правда очень болезненна.

Я его не жалею, не оправдываю, лишь пытаюсь понять, чтобы придумать как мне поступать дальше.

И в этот момент, как будто в ответ на вопрос дочери хлопает входная дверь.

Вздрагиваю.

Ростислав стоит в прихожей. Волосы взлохмачены. Тот же самый костюм, что вчера. Глаза уже не выглядят красными, но сейчас замечаю синяки. От него пахнет сигаретами, чужим парфюмом, чужой ночью, чем угодно только не домом.

Он встречается со мной взглядом - и тут же опускает глаза.