Книга Измена. Ошибка, которую нельзя простить, страница 74 – Анна Царская

Ростислав

Сижу в зале суда и смотрю на Полину. Она не поднимает глаз, всматривается в какие-то бумаги, которые ей подаёт этот чёртов Волков.

Хочется подойти, сказать что-то, но понимаю, что слишком поздно.

Этот день я никогда не смогу забыть. Он станет для меня проклятием. Чёрной датой в календаре, которую нельзя вычеркнуть, нельзя забыть, нельзя переписать. Ежегодным напоминанием о том, каким ничтожеством я оказался. О том, что разрушил самое дорогое в своей жизни ради секса с секретаршей.

Может быть, это и есть справедливость. Не та, которую искал Волков, мстя за отца. Другая, настоящая, когда получаешь ровно то, что заслужил. Я выбрал измену, а получил развод. Выбрал ложь, получил недоверие. Выбрал эгоизм, но остался один. Всё честно. Всё по справедливости.

Ничего не вернуть, да и Полина изменилась. Не внешне, внешне она всё та же красивая женщина, в которую я когда-то влюбился. Но что-то в ней стало другим. Полина теперь сильна, решительная. Волосы собраны в строгий пучок, спина прямая, руки не дрожат. Она выглядит как человек, который принял окончательное решение и не сомневается в нём.

А я? Сижу здесь и понимаю, что упустил самое дорогое.

Волков находится рядом с ней, что-то тихо объясняет. Холодный, собранный. После нашего утреннего разговора даже не взглянул в мою сторону. Для него я уже не противник, а труп. Он получил то, что хотел. Справедливость и месть. Называйте, как хотите.

Когда судья начинает зачитывать исковое заявление, в груди что-то сжимается. Измена, утрата доверия, невозможность дальнейшего совместного проживания. Сухие юридические термины, за которыми скрывается крах всего, что я считал своей жизнью.

— Истец, подтверждаете ли вы своё исковое заявление? - Обращается судья к Полине.

— Да, ваша честь. - Отвечает Полина ровным голосом. - Подтверждаю полностью.

— Ответчик, ознакомились ли вы с исковыми требованиями? Есть ли возражения по существу?

Молчу. В горле ком.

— Ответчик, я задала вопрос.

— Ознакомился. - Наконец выдавливаю из себя. - Возражений нет.

— Желаете ли примирения? Готовы ли отозвать иск? - Судья смотрит на Полину.

— Нет, ваша честь. Примирение невозможно.

— Ответчик, вы согласны с исковыми требованиями? - Спрашивает судья.

Хочется сказать «нет», хочется встать и закричать, что не согласен ни с чем, что хочу всё вернуть. Но слова застревают в горле.

— Согласен. - Слышу собственный голос.

Полина вздрагивает. Наконец-то смотрит на меня. В её глазах нет ненависти, только усталость и что-то похожее на сожаление. И это хуже любой злости.

Волков что-то шепчет ей на ухо. Она кивает. Они обсуждают алименты, раздел имущества, график встреч с Кристиной. Деловито, без эмоций. И мне вспоминается о том, как пять лет назад надевал ей на палец обручальное кольцо и клялся в вечной любви. И как мы дошли до всего этого.

Света. Эта сука довела до абсурда всё, что я и так запорол. Но винить её легко. На самом деле виноват только я. Я выбрал интригу на работе вместо вечера дома с женой. Я выбрал флирт с секретаршей вместо разговора с Полиной о том, что нас тревожит. Я выбрал быстрое удовольствие вместо семьи.

— По поводу ребёнка. - Судья обращается ко мне. - Вы не возражаете против того, чтобы девочка осталась с матерью?