Книга Измена. Ты меня (не) забудешь, страница 30 – Tommy Glub

Рома просчитался лишь в одном.

Это я раньше была танцовщицей, и во многом прожигала свои молодые годы. Как вспомню, сколько ночей я не спала, наслаждаясь танцами после смен в «Pasion». Мы с девочками могли часто не ехать домой, а продолжать праздник дальше. Веселиться до утра, танцевать, фоткаться, соблазнять барменов и потом отшивать их. Нам было так мало лет и мы всего лишь хотели чего-то постоянного в этом мире. Работали в не самой целомудренной сфере, где можно было купить тебя на ночь для секса. Так, к слову случилось с Катей. Её в первый и последний раз купили сразу двое мужчин за несказанно большой кэш. И она согласилась, чтобы спасти свою сестру. Презирала ли я её за это? Да ни за что! Катя так или иначе создала с ними крепкий союз, который может быть, кто-то из посторонних бы осудил, но не мы. Марат и Кир стали для неё самыми родными и близкими людьми во всём мире и помогли её сестре отучиться и поступить в универ. Так что Катя сделала когда-то верный выбор.

Я тоже грешила всяким. До Ромы у меня были мужчины, но всё было не то. Не так пахли, не так себя вели, не так ухаживали. Красиво и достойно, вываливая кучу бабла, приглашая в рестораны с белоснежными скатертями и шикарным обслуживанием, позволяя в первую же неделю дорогие курорты. Но я всегда знала, что ни с кем из них я бы не смогла жить. Ни с кем из них я бы не стала строить семью.

Когда появился Рома, я и его сперва спихнула в ту же категорию. Шикарный адвокат, уверенный, заряженный ухажёр. Он согласился быть моим другом, только чтобы быть рядом. И был рядом.

Рома стал адвокатом для Кати, помог ей выиграть дело против её же бабули, отвоевать сестру и не взял за это ни копейки. Катя рассказывала, что ему интересна не только дружба со мной. Он сам говорил так много о своих чувствах, что я не смогла и сдалась. Влюбилась так, что дыхание спёрло. Словно его чувства отправили меня в нокаут.

Я поверила. влюбилась.

Мы все эти годы были счастливы. Во многом сходились вкусами, взглядами, ценностями. Для его родных я стала миленькой тоненькой девочкой, которую все приняли с первых же дней. Его мама меня просто обожала, а при первой беременности буквально носила на руках. А его папа… Его папа всегда с улыбкой говорил, что если Рома меня обидит, он не посмотрит на то, что это его родной сын.

Тогда я действительно была счастлива.

Интересно, что сейчас отец ему высказал? И высказал ли?

Или, может, они не знают?

Возможно, такое отношение ко мне было всегда оттого, что я рано потеряла родителей. В семнадцать не стало отца, а только исполнилось восемнадцать, мама тоже ушла на тот свет к единственному и любимому мужу.

Те полгода стали для меня настоящей мукой. Я ухаживала за мамой, работала и училась. Колледж относился с пониманием, часто закрывал глаза на мои пропуски и усталость, прощал за былые заслуги многое. Но мама никак не хотела бороться. Она врала мне, что пьёт таблетки, отмахивалась от разговоров, а рак прогрессировал. Он не дал ей шанса.

Когда её не стало, я осталась одна. Совсем.

Ещё через полгода у меня отсудили квартиру. Соседи и дальние родственники так быстро превратились в жадных шакалов, что я даже опомниться не успела. Меня бы просто выставили на улицу, если бы не университетская общага. Она тогда стала для меня спасением.