Книга Измена. Одной мало, страница 30 – Вильда Кранц

Совершенно чужой человек вызывал доверие. А вот Андрей теперь воспринимался, как-то совсем не иначе. И при этом где-то глубоко внутри я всё ещё испытывала к нему любовь. Если только сама не запуталась в терминах, и это была действительно именно она.

Всё же я испытывала к нему целую гамму тёплых чувств. И это несмотря на его предательство. И собственное решение разорвать с ним всяческие отношения. Будь то любовные или рабочие.

Послушав Лидию Павловну, я дождалась пока она сделает копию моего заявления. А сама сделала проще. Всё же она была человеком другого поколения. Привыкшим к бумажным документам.

Сама я сделала фотографию.

— Вот умничка, а я видишь по привычке, на ксероксе.

Я не стала её поправлять, хотя и видела надпись на принтере НР.

— Ещё раз спасибо. Я побегу, надо ещё множество вопросов решить.

— Конечно, девочка. Не буду тебя задерживать своей болтовнёй.

Когда я уже закрывала дверь, услышала совсем тихие слова.

"Вот же редиска, такую девочку обижает".

И после этого уже ничего.

Да уж. Редиска это ещё мягко сказано. Тут бы подошли другие выражения. Гораздо более грубые. Даже матерные.

Но привычки выражаться так, у меня не было. Мне самой казалось, что эти слова не мелодичные. И режут слух своим звучанием.

Скорее именно поэтому я их не употребляла в речи. А не из-за их смысла.

Оказавшись на улице я столкнулась с дилеммой. Куда идти дальше. И чем именно сейчас заняться.

Мозг и тело требовали репетировать. Всё же годы каждодневной практики приучили не отлынивать и не пропускать. Даже когда не было официальных репетиций, я всегда старалась заниматься дома.

А теперь просто не могла найти себе места. И в переносном смысле. И в буквальном.

Фактически мне некуда было идти. И нечего делать.

Попытаться найти хотя бы временную работу? Кем? И где? Попытаться вот так сходу устроиться в какой-то новый музыкальный коллектив? Так у меня не было ничего. Ни диплома подтверждающего окончание консерватории.

Хотя это было решаемо. Можно ведь попросить восстановить документы и выдать новый диплом.

"Наверняка это всё очень долго, да и документ потребуют. Ты же не думаешь, что там таких мало было?" — моя тёмная сторона, если и просыпалась, то говорила по делу.

Да, диплом тоже остался у Андрея. Но я всё же была уверена, что в моей родной консерватории имени Глинки меня наверняка вспомнят.

Вряд ли там было много студентов, окончивших курс обучения досрочно по классу скрипки.

А с дипломом можно будет и о другом оркестре подумать. Или хотя бы музыкальной группе. Только не о маленькой местечковой, которая в гараже играет. Пусть играет, я не против. Мне нужно нечто большее. Я всю жизнь стремилась стать лучшей. И всегда равнялась именно на талантливых скрипачей.

Тех кто может сольно собирать полные концертные залы и стадионы.

Таким я всегда видела и свой жизненный путь.

Выходя из двери на улицу, поняла одну простую вещь, что идти мне фактически некуда. Самыми простыми были всего пара вариантов.

Пойти мириться с Андреем. Потребовать от него вернуть мои вещи и деньги. Или как вариант, потребовать перестать мне изменять. И начать вести себя соответственно тому, как должен это делать любящий муж.

Хотя я и сама понимала, после всего им сказанного и совершённого в любом случае не смогу к нему относиться по-прежнему. Всегда будет оставаться сомнение в его верности и мотивах поступков.