Книга Попутчик по несчастью, страница 37 – Виктория Рогозина

— Хочешь, поменяемся? Ты уже достаточно долго за рулём.

Призрак хотел было сказать, что нормально, но усталость предательски прорезалась в голосе:

— Если честно… да. Немного устал. И… в глазах двоится. Монотонный звук мотора усыпляет.

Он даже сам удивился, что признался так откровенно — обычно он держался. Но рядом с ней всё как-то само вырывалось наружу. ЛинБао плавно притормозил, моргнул аварийкой и съехал на обочину. Призрак выдохнул. Ария открыла дверь и выбралась наружу — и он, как всегда, не успел отвести взгляд.

Она встала на всю длину, подняв руки вверх, потянулась так, что тонкая талия изящно выгнулась. Потом развернулась, размяла плечи и шею, встряхнула руками. Её волосы чуть растрепались от ветра, и лёгкая ткань толстовки на секунду обрисовала стройную фигуру.

И в этой простой, естественной паузе — без сцены, без камер, без света — она была настолько идеальна, что у него в грудной клетке что-то сжалось. Он смотрел, и думал только одно: чёрт, она настоящая. Настоящая и недосягаемая.

Ария открыла водительскую дверь:

— Ну что ты, герой. Пошли, меняемся местами.

Он кивнул, пересел вперёд, устраиваясь в пассажирском кресле. А Морок ловко забросила сумку на заднее сиденье, захлопнула дверь и уже через мгновение уверенно держала руки на руле.

ЛинБао словно почувствовал смену настроения. Машина мягко, почти дерзко взревела, и стрелка спидометра поползла вверх. Ария вела быстро, но аккуратно, будто танцевала по трассе — и Призрак невольно расслабился. Она была в хорошем настроении — это чувствовалось по лёгкой улыбке на губах, по тому, как напевала что-то себе под нос, по яркому блеску в глазах. И каждое её движение казалось чуть красивее обычного только потому, что он сидел рядом и смотрел. Призрак поймал себя на том, что улыбается тоже. И что просто наслаждается тем, как она ведёт, как она дышит, как она живёт в этот момент — так легко, так свободно.

Машина летела вперёд, унося их дальше по шоссе, и он думал, что, наверное, мог бы ехать так вечно, лишь бы рядом была она.

Дорога ложилась перед ними ровной серой лентой, будто сама расчищала путь. Ария вела так уверенно, что ЛинБао казался не автомобилем, а живым существом, послушным только ей одной. Она чуть прищурилась от света фар встречных машин, отбросила прядь за ухо и спросила — будто между делом:

— Так… значит нравится тебе в организации? — голос мягкий, спокойный, как будто не требовал ничего, кроме честности.

Призрак сглотнул, отвёл взгляд к окну. Ночные огни размазывались в длинные полосы, ему казалось, что у него в груди копошится всё сразу — нервозность, радость, страх, восторг.

— Это была моя мечта, — тихо сказал он. — И… до сих пор не верится. Будто меня подменили. Вчера я был обычным парнем, а сегодня… все смотрят, все ждут чего-то. И я… просто пытаюсь быть достойным.

Она улыбнулась уголком губ — искренне, по-человечески, без налёта звезды.

— Парень, который честно говорит, что пытается быть достойным, — она кивнула, — уже достоин.

И всё внутри него на секунду разомкнулось, словно стало легче дышать. Он даже не успел ответить, потому что Ария внезапно хмыкнула:

— И знаешь… — она чуть повернула голову, мельком взглянув на него — коротко, но так, что его пронзило, — мало кто может признаться, что устал, когда сидит со мной в машине. Обычно мужики изображают из себя титанов.