Книга Попутчик по несчастью, страница 31 – Виктория Рогозина

— Вот и вывели тебя на чистую воду, Демид.

Демид аккуратно, почти нежно — настолько, что сам себе бы не поверил — поставил корзинку с цветами на заднее сиденье, рядом уложил пакет с круассанами, чтобы не помялись. Проверил, чтобы всё стояло ровно, потом тихо прикрыл дверь. Даже не хлопнул, а именно закрыл, будто боялся разбудить кого-то важного.

Сев за руль, он бесшумно потянул дверь на себя, завёл машину, и плавно вывел её на дорогу. Александра спала, откинувшись к окну, а свет фонарей и утренней зари мягко подсвечивал её лицо — спокойное, расслабленное, глубокое. Прядь волос упала на щёку, и девушка, даже во сне, чуть нахмурилась, словно что-то обдумывала.

Демид бросил на неё взгляд — короткий, хмурый. Она была не в его вкусе. Совсем. Он терпеть не мог заучек. Вот этих правильных, аккуратных, собранных по пунктам девочек-отличниц. Слишком прямых. Слишком честных. Слишком… несгибаемых. И Александра была эталоном всего, что ему не нравилось в женщинах.

А как женщина… Да он её вообще не переносил. Но как работник — идеальна. Безукоризненна. Отточена. Чёткая как метроном. Вот только одно начало действовать ему на нервы — слишком смелая привычка Саши не скрывать, что он ей не нравится. Её спокойные, холодные, профессиональные ответы. Её взгляды, полные тихой оценки, но никогда — восхищения. Её лёгкое презрение, которое она даже не считала нужным маскировать. Её честность. И самое раздражающее — она отвечала ему взаимностью. Она тоже его не переносила. И не стеснялась этого.

Он сжал руль чуть сильнее. Нет. Так дело не пойдёт. Багров уже почувствовал внутренний зуд, знакомое желание что-то доказать — себе, ей, всем. Да и просто поиграть. Переиграть. Он хотел изменить впечатление Александры о себе. Показать, каким он может быть. Каким он хочет быть в её глазах. Пусть даже назло себе. А ещё — черт побери — её спокойствие выводило его сильнее, чем любой хейт в сети.

— Посмотрим, Сашенька… кто кого, — пробормотал он тихо, едва слышно.

Александра спала, ничего не слыша. Идеальная. Несгибаемая. И впервые Демиду казалось, что он всерьёз хочет завоевать эту невозможную девушку — хотя бы ради того, чтобы стереть с её лица то вечное, холодное «вы мне не импонируете, Демид».

Демид украдкой посмотрел на Александру ещё раз, только теперь чуть дольше, чем стоило бы. Она устроилась на переднем пассажирском сидении, притянув к себе тонкий плед, который он небрежно бросил ей раньше. Спала тихо, беззвучно, почти по-ангельски. Голова немного повернута к окну, тёмные волосы мягко рассыпались по плечам и груди, ложась волнами, будто кто-то очень аккуратно их уложил. Пряди блестели в свете встречных фар — тёмные, густые, мягкие.

Лицо спокойное, расслабленное. Правильные черты. Аккуратный нос, выразительные тёмные ресницы, длинные и густые даже без макияжа. Губы — тёплого оттенка, слегка приоткрытые во сне. На шее поблёскивали тонкие цепочки, едва заметные под светом приборной панели.

Рука Саши сползла к животу, в пальцах всё ещё зажат тот самый пустой стаканчик из-под кофе — будто она не успела его до конца отпустить. Вся она выглядела… не строгой, не колючей, не заносчивой, какой была наяву. А мягкой. Настоящей.

— Хм… — пробормотал он едва слышно.

Симпатичная. Даже очень. Он бы вслух этого никогда не сказал — пусть даже под пытками. Но отметить про себя? Да, почему бы и нет. Александра оказалась куда приятнее внешне, чем он хотел признавать.