Книга Что я должен был сказать, страница 218 – Р. Л. Аткинсон

Гриффин наклонился и схватил Сэма за воротник его пропитанной потом и забрызганной кровью футболки. Вены на руке Гриффина вздулись, пульсируя в такт его слишком спокойному сердцебиению. Мышцы напряглись, когда он одной рукой оторвал Сэма от асфальта.

— Тебе стоит надеяться, что копы приедут. Только они смогут спасти тебя от меня, — прорычал Гриффин сквозь зубы и швырнул его обратно на землю. Глаза Сэма расширились, осознание, смешанное с сожалением, пришло слишком поздно, когда Гриффин разжал пальцы на ткани, откинул голову назад и с силой кувалды впечатал кулак в лицо Сэма.

Голова Сэма откинулась назад с хрустом костей, и он обмяк, как выброшенная кукла. Без сознания, ни единого звука не сорвалось с его губ, когда глаза закатились под лоб.

Гриффин присел на корточки, упершись локтями в бедра, и склонил голову; на его лице появилось безумное выражение. Такое, которое должно было бы наполнить меня страхом перед человеком, которому я была абсолютно обязана своей жизнью. «Должно было бы» — ключевое слово во всем этом сумасшедшем испытании. Но вместо этого мое тело запылало огнем, пока я смотрела на этого мужчину, способного на такую жестокость, защищающего меня любой ценой, но при этом сохраняющего самообладание, когда он хладнокровно потянулся вперед, приподнял одну из безвольных рук Сэма и проверил пульс на его запястье.

— Он жив? — спросила я, наблюдая, как Гриффин равнодушно бросает руку Сэма обратно на бетон.

Гриффин кивнул.

— Жить будет.

— Так, мы... будем сообщать об этом?

Брови Гриффина дернулись, и он перевел на меня взгляд.

— Думаю, твоя мама уже всё уладила, — ответил он и кивнул в сторону начала переулка, откуда он прибежал.

Ноа, моя мама и его мама стояли там и наблюдали. Сколько они видели, я понятия не имела, но и спрашивать не хотела. Всё, что я знала: мама с кем-то разговаривала по телефону, Ноа улыбался от уха до уха, а Нэнси выглядела невозмутимой.

Снова переведя взгляд на Гриффина, я почувствовала, как краска приливает к щекам, когда встретилась с его пронзительными глазами.

— Мне стоит беспокоиться из-за того, насколько ты спокоен по этому поводу? — спросил он.

— Наверное, — ответила я. Его глаза опустились к моим губам, когда я встала, и он лениво окинул взглядом мою фигуру.

Он тяжело сглотнул, его кадык дернулся от этого движения, а дыхание перехватило в груди.

— Я чертовски сильно тебя люблю, — тихо заявил он, когда вой сирен разорвал воздух вокруг нас.

Я хихикнула.

— Я тоже тебя люблю.

Он глубоко вдохнул и выпрямился.

— Это была не драка. Даже скучновато, если честно. — Он голодным шагом направился ко мне.

— Зато ты выставил его полным идиотом.

Мозолистые руки обхватили мои щеки, и он прижал меня спиной к кирпичной стене ресторана.

— Я хотел проломить ему череп, чтобы его мозги превратились в кашу на асфальте.

— Но ты этого не сделал, — прошептала я, когда жар его тела окутал меня, а его грудь прижалась к моей.

— Нет, не сделал.

И его губы с силой впились в мои. Поцелуй был агрессивным, со вкусом дыма, алкоголя и легкой примесью пота. А потом он закончился слишком быстро.

Он отстранился, но его рот остался в миллиметре от моего.

— Если бы мы сейчас были одни...

Не открывая глаз, я улыбнулась ему в губы.

— Сначала тебе придется меня поймать, — поддразнила я и почувствовала, как его сердце екнуло в груди.