Книга Лишняя в его семье, страница 36 – Диана Рымарь

Тут-то она наконец являет мне ту самую вожделенную улыбку. Не дежурно-вежливую, а настоящую — теплую, почти сияющую. При этом у нее даже меняется осанка.

Вот же черт… Значит, деньги — ее слабое место. Или не слабое, а просто больное. Понятно, когда живешь от зарплаты до зарплаты, да к тому же с кредитами, каждая мало-мальски крупная сумма кажется спасением.

— Тонь, я тебе не на кредиты деньги отправил, — стараюсь говорить спокойно, но выходит паршиво.

Улыбка Тони моментально гаснет, сменяется растерянностью:

— А для чего же? Там по сумме как раз то на то выходило, даже осталось, и я подумала…

Да уж, а я тут размечтался, что она мне станет демонстрировать красивое белье.

С недовольным видом качаю головой:

— Я тебе денег прислал, чтобы ты потратила их на себя.

Беру телефон, захожу в банковское приложение, чтобы отправить ей еще. Хочется, чтобы она поняла — теперь ни в чем нуждаться не будет. А она видит это и реагирует абсолютно неадекватно.

В ее голосе появляются панические нотки:

— Пожалуйста, больше не надо мне никаких денег! Я же сказала, что все погасила, даже осталось. Мне не нужны деньги, я…

— С чего ты взяла, что они тебе не нужны? — говорю резче, чем требовалось. — У тебя новый статус, Тоня. Ты теперь моя невеста и должна соответствовать. Понимаешь, что это значит?

Она вздрагивает, словно я ляпнул что-то дикое:

— В каком смысле соответствовать?

— В прямом.

При этом я показательно оглядываю ее одежду. Ничего плохого в ней нет, но и ничего особенного тоже. Самый обычный офисный дресс-код, который можно купить в любом массмаркете: светлая блузка, черная юбка. Не новые, разумеется.

Тоня инстинктивно поправляет воротник блузки, щеки вспыхивают румянцем:

— То есть мне нужно сменить имидж? Я как-то не так выгляжу? Но вы… Ты не уточнил в сообщении, вот я и…

Черт, совсем ее расстроил. А мне не этого хотелось.

— Давай успокоимся, — говорю примирительно. — Оплатила и оплатила. В любом случае это нужно было сделать, ведь для того, чтобы взыскать с твоего мужа половину кредитов, их в любом случае нужно было сначала погасить. Такая процедура.

— Тебе уже приходилось разводиться? — внезапно спрашивает она. — Я думала, ты вдовец…

М-да, наверное, если я хочу от Тони полной откровенности и каких-то взаимных чувств, надо и про себя что-то рассказать.

Однако всей правды не выкладываю, говорю обтекаемо:

— Это с последней женой случился несчастный случай.

Если можно таковым назвать ее побег с любовником в другую страну, где она умудрилась попасть в ту автокатастрофу. Лично я предпочитаю называть это возмездием свыше, хотя смерти ей не желал. Разве что иногда…

Эту информацию, разумеется, держу при себе.

Тоня не успокаивается, продолжает расспросы:

— С последней? А сколько их у тебя было?

Мысленно закатываю глаза. Вопрос прямой как палка и настолько же неудобный. Но врать не хочется.

— Три, — говорю как есть. — Один раз женился в восемнадцать, по глупости. Второй и третий браки были более осознанными, но не менее неудачными.

Лицо Тони вытягивается, я жду от нее тысячу и один вопрос — все же женщины любопытные создания. Но она ничего больше не спрашивает.

— Ясно, — только и говорит.

И утыкается взглядом в тарелку. По выражению лица понятно, что новость ее не обрадовала. Еще бы — трижды женатый мужик это тот еще анамнез для будущих отношений. Но уж как есть, другого не будет.