Книга Спасибо за ночь, страница 34 – Юлия Гетта, Елена Рахманина

— Нет. Месяц назад мы встретились в ночном клубе. Вы пригласили меня к себе… Я оставила вам записку. По срокам отцом можете быть только вы.

На моих глазах черты его лица заостряются. Становятся хищными. Злыми.

— Шишкина. Вы уволены. А я никак не могу быть отцом вашего ребёнка. Я бесплоден.

Лицо горит огнём, словно мне надавали пощёчин. Такого унижения я, наверное, ещё никогда в своей жизни не испытывала. Даже когда застала Пряникова с бывшей лучшей подругой. Скорее наоборот. Те чувства казались детской игрой.

Ощущаю, как в груди назревает необратимая химическая реакция. И вот-вот случится ядерный взрыв.

Нет, я готовила себя ко всему, когда шла в этот кабинет. Хоть и наивно надеялась на лучшее. Но такой отповеди от Стрельца я не предполагала даже в самых худших вариантах развития нашего разговора.

Бесплоден он, какая низкая ложь! Интересно, как часто Георгий пользуется этой отмазкой, чтобы избежать ответственности за свои беспорядочные половые связи?

Неосознанно кладу ладонь на живот и на мгновение прикрываю глаза. Прости, малыш, кажется, только что произошло то, чего я так сильно боялась. Я разочаровалась в твоём отце окончательно и бесповоротно. Потому что его слова ни при каком раскладе не могут оказаться правдой. Ведь не от святого духа же я забеременела!

Меня всё сильнее переполняет вселенская злость по отношению к Стрельцу. Как же отвратительно с его стороны заявить мне нечто подобное.

Первое желание — развернуться и уйти, громко хлопнув дверью. Чтобы больше никогда в жизни его не видеть. Но эмоции бурлят внутри, не позволяя сделать это, не сказав напоследок что-нибудь едкое. Колкое. Чтобы стереть с его лица это высокомерное выражение.

— Во-первых, вы не имеете права увольнять беременную женщину, — звенящим от негодования голосом произношу я, подойдя к его рабочему месту и впечатав ладони в столешницу. — Так что я никуда не уйду и буду продолжать работать. А во-вторых, не понимаю, к чему эта чушь про бесплодие? Вы могли просто сказать, что не планируете заводить детей, я бы поняла. И ничего требовать от вас бы не стала.

Кажется, мои слова достигают желанной цели. По крайней мере, маска безразличия слетает с лица Стрельца. А на смену ему приходит какое-то почти животное бешенство.

На мгновение мне даже кажется, будто он сейчас встанет со своего кресла и просто убьёт меня, но вопреки моим ожиданиям, Георгий остаётся на месте. Только опирается локтями на стол и сцепляет пальцы в замок с такой силой, что белеют костяшки.

— Для чего вы устроили этот цирк, Мария? — произносит он на удивление сдержанно. — Если вам нужны были деньги, могли бы просто попросить.

Но когда смысл сказанных слов доходит до меня, снова чувствую себя униженной.

— Да как вы смеете, — шиплю я, беспомощно сжимая кулаки. — Думаете, я призналась вам из-за денег?

— Других объяснений вашему заявлению у меня нет.

Внутри меня назревает очередная волна цунами. Хочется вцепиться ногтями в это красивое лицо и навсегда оставить на нём шрамы. Можно в виде двух полосок.

— Знаете что… — Я едва способна дышать и мыслить. В череп словно кипятка налили. И этим чувством мне хочется поделиться со Стрельцом. — Забудьте. Вы правы. У нас никак не мог бы получиться ребёнок. Просто потому что мы с вами относимся к разным видам. У козла и белки не может быть потомства.