Книга Где болит, там любит, страница 21 – Екатерина Ромеро

Как только девчонка его замечает, тут же за спину мою прячется, а я понимаю, что погуляли мы, конечно, супер. Так и знал, что какой-то пиздец случиться, но даже не думал, что настолько.

Стыдно, больно, омерзительно. Еще никогда в жизни я не была в такой ситуации. Никогда я не просыпалась в чужом доме полуголой, никогда на меня в таком виде не смотрел мужчина, никогда меня не…

Не могу даже произнести это вслух. Помню, что когда распахиваю глаза, четверо парней смотрит на меня. И Гордей тоже, тот, кто сделал вчера мне больно. Он стоит вполуоборота, на его лице ничто иное, как злость.

Чуча. Да, он снова так меня назвал и почему-то смотрит так, словно вчера здесь не видел. Смешно ему, наверное, им всем. А у меня душа горит, чувствую себя грязной и использованной, какой-то шлюхой.

Слезы то и дело грозятся задушить меня, но плакать я себе не позволяю. Нет, я не доставлю ему такого удовольствия, им всем. Потом они выходят, со мной остается только Гриша. Как ни странно, но он меня не пугает. Кот создает ощущение надежности и безопасности, как бы странно это сейчас не звучало.

Только Гриша проявляет ко мне сострадание, тогда как остальные просто уходят. Этот парень приносит мне одежду своей сестры, и я быстро натягиваю ее, стараясь прикрыть свой позор, хотя это ничем уже не прикроешь.

Голова кружиться, едва стою на ногах, но все равно выхожу из ванной, спускаюсь на первый этаж, где вижу Гордея.

Дышать сложно. Никаких девчонок тут больше нет. А вдруг, а если он снова? И другие не будут против.

Сглатываю. Страх липкими щупальцами окутывает тело, невольно прячусь за спину Гриши, хоть прекрасно понимаю, что он тоже мужчина. Они все.

— Спокойно, только не цапайтесь. Давайте все обсудим — басит Гриша, Артурчик рядом сидит за столом, Милош обувается. И только Гордей стоит прямо перед нами и сверлит меня взглядом.

— Что обсуждать? Вы что на меня повесить хотите? Я ЕЕ НЕ ТРОГАЛ!

— Не ори, уже ничем не поможет. Дина — как это произошло? Расскажи, нам нужно разобраться.

Все смотрят на меня, а я всхлипываю, не могу и слова произнести. Реву.

— Понятно. Так, что вы пили? Какую бодягу вам наливали, Артур?

— А че сразу я?

— Ты заведовал алкоголем. Что ты им наливал, что они пили?

— Ну, я что, помню за всех? Тридцать человек было, ну блин… Дина выпила один бокал вина и один шампанского. Гордей пил все подряд. Ну и шампанским потом тоже шлифанул. Ты его последним выжрал.

— Да вы че, совсем уже? Чтоб от шампанского так разнесло? Смешно.

— Не очень. Что это за пойло такое было, кто его приволок, ты, Артур?

— Нет, я только водку и конину брал. Шампанское Максим принес тебе в подарок. Сказал, всем понравится.

— Сука, Макс! МАКС!

Гордей проводит руками по волосам, а после поднимает на меня глаза.

— Я тебя не трогал, ты поняла? Пальцем тебя не трогал! — орет, а я за спину Гриши прячусь. Мне кажется, он меня сейчас ударит.

— Так, хорош! Чего ты орешь на нее как резанный?! Угомонись, и так уже отличился.

— Что делать собираетесь? Это статья, на секундочку. Она сейчас пойдет и заяву накатает. Все доказательства на лицо.

Милош застегивает куртку, они все переводят взгляд на меня. Точно стая волков, и я понимаю, что от моего ответа будет зависеть, выберусь я отсюда живой или не факт.