Книга Без права на чувства, страница 37 – Ольга Сахалинская

— Ах, — стону я, не в силах сдержать себя.

Я ощущаю, как умелые пальцы Мирона ускоряют темп нажатия и поглаживания в сокровенном месте. Истекаю соками, но мне совершенно не стыдно, скорее, наоборот. Полностью ему доверяюсь и отдаюсь во власть чувств и эмоций. Внутри меня нарастает сладкое напряжение такой силы, что выкручивает бедра. Я раньше баловалась тем, что ласкала себя, но то, что испытываю сейчас — не идет ни в какое сравнение. Волна за волной, оно накатывает все сильнее, пока мое тело не содрогается в мощном оргазме. Я кричу, выгибаясь, цепляюсь пальцами за плечи Мирона и не чувствую себя, словно парю в невесомости.

— Идеально.

Обмякаю на сиденье, чувствуя, как остатки дрожи пробегают по телу. Дыхание сбивчивое, в ушах все еще звенит. Мирон, тяжело дыша, отстраняется и смотрит на меня с вожделением. В его глазах плещется удовлетворение и какая-то… гордость? Смущенно отворачиваюсь, прикрывая лицо руками. Господи, что я натворила?

— Ты… ты безумец, — шепчу я, глядя в потолок.

— Это комплимент? — спрашивает он с ухмылкой, оставляя легкий поцелуй на животе.

Его голос хриплый, чувственный, и от его слов по моей коже снова бегут мурашки. Стараясь прийти в себя, выравниваю дыхание.

Отвечаю что-то невнятное. Язык присох к небу, ужасно хочется пить.

Тянусь к джинсам, но Мирон мягко отодвигает руку, затем вынимает пальцы из моего белья и возвращает джинсы на место, застегивая пуговицу и молнию, словно ничего и не было.

Ощущаю небольшую липкость между ног, но сейчас мне совершенно всё равно.

Случайно ловлю его взгляд, и мы буквально сталкиваемся взглядами. Нервно дёргаю уголками губ, потому что его взгляд транслирует дикое желание и обещание — он получит своё, и расплата неминуема.

В животе разливается жар, а интимные мышцы невольно сжимаются в предвкушении его прикосновений. Кажется, что каждая клеточка моего тела отзывается на обещание в его глазах, и я уже сгораю от нетерпеливого желания "расплаты".

Мирон поднимает спинку моего сиденья и откидывается на свою, наблюдая за мной. Ёрзает на сиденье, открыто поправляя своё достоинство.

Мне до смерти неловко. Сбежать бы сейчас куда-нибудь и никогда больше не вспоминать этот вечер. Утыкаюсь взглядом в окно, наблюдая за струями дождя, стекающими по стеклу, запахиваю полы рубашки.

— Арина, — тихо зовет он.

Я не отвечаю, делая вид, что не слышу его.

— Посмотри на меня.

С тяжелым вздохом поворачиваюсь к нему. Он смотрит прямо в глаза, и в его взгляде нет и намека на осуждение или насмешку. Только тепло и какое-то нежное понимание.

— Не жалей ни о чем, — говорит он. — Это было прекрасно.

И тут я понимаю, что он прав. Несмотря на всю неловкость и смущение, я действительно ни о чем не жалею. Это было спонтанно, безумно, рискованно, но… невероятно. И то, что я позволила себе это, говорит о том, что я, возможно, не такая уж и правильная, какой всегда пыталась казаться. И, наверное, это даже хорошо.

Он пристегивает ремень безопасности и снимает машину с парковки. Мы едем в тишине, только стук капель дождя по крыше нарушает покой.

Наши переплетенные руки лежат на его бедре. Жар его кожи проникает сквозь мою ладонь, а легкое поглаживание пальцем отзывается во мне трепетом.

Мне неловко смотреть на Мирона, кажется, что все мои мысли и желания написаны у меня на лице.