Книга Наглый. Плохой. Злой, страница 33 – Юлианна Орлова

— Я буду кричать, звать на помощь, если ты сейчас же не прекратишь, — хмурюсь, а внутри все распадается на атомы.

Он будет. Боже. Боже. Только сейчас я понимаю причину острой ненависти, которая оказалась не ею. Вовсе не ею.

Одержимость.

Одержимость.

И еще раз она, а еще желание.

— Зови, кричи, я тебя все равно отсюда вынесу, если ты не пойдешь на своих двоих, — рычит он, повышая голос на меня. А я начинаю истерично смеяться.

Что он несет?!

Мальчишка, такой мальчишка, который даже в теории не представляет, насколько хреновая складывается ситуация.

Я скоро попаду в дурдом, в котором мой муж будет принудительно накачивать меня таблетками, чтобы поддерживать состояния овоща. Если так и дальше пойдет.

Просто опускаюсь на корточки, и начинаю собирать свои вещи, которые скопом на пол посыпались после всего, что он со мной сделал. Боже. Коленки трясутся. Я сейчас точно упаду замертво.

Что мы наделали? Что? Мне кажется, что мой муж умеет и мысли читать, и в голову мою влезет, чтобы узнать подробности. Он все равно узнает, а Давыдов как будто не слышит меня.

Скопом собираю вещи, но Леша перехватывает мои руки и удерживает в своих.

— Эй! Кто там закрылся? Самый умный, что ли?

— Свалил нахер отсюда, блять, — бросает резко парень, чем заставляет меня вздрогнуть, в ужасе рассматривая собственные дрожащие руки.

— Ты кого нахер послал? Смелый, выходи!

— Я выйду, а ты ляжешь.

Я осторожно поднимаю взгляд на Лешу и встречаю полное решимости выражение лица. Черты обострены, и весь он сплошные пульсирующие мышцы.

Это моя ходячая тестостероновая проблема.

— Не задирайся!

— Не учи ученого, сам разберусь.

Он подхватывает мои вещи так быстро и легко, словно там не с десяток предметов, а всего один. Затем хватает меня и ногой отбрасывает швабру, которой заблокировал дверь. Она тут же открывается, и мы встречаемся работников зала не в самом радужном настроении.

Пролетаем мимо них, и я правда стараюсь отключить органы слуха, чтобы не слышать всего того, что они бросают вслед. Кажется, я больше не смогу посещать этот зал. Просто не смогу…

Давыдов так сильно сжимает мою руку в своей, что я на минуту забываю, что в общественном месте я так близко к чужому мужчине. Это становится какой-то неважной деталью, ведь ему удалось стереть из моего сознания буквально все. Чистый лист и море эмоций, право на которых я не имею.

Немногое на самом деле было мне важно, а сохранить ему жизнь вдруг становится первоочередной задачей.

Мы так быстро выходим из спортивного клуба, что я не сразу понимаю это. Только в фойе торгового центра прихожу в себя, когда меня мягко подталкивают в сторону кладовых.

Давыдов толкает первую попавшуюся дверь, и мы проваливаемся в подсобное помещение, где почти сразу загорается свет.

— А теперь рассказывай все "от" и "до".

Яна

Я никогда не думала, что буду стоять перед этим парнем и беззвучно рыдать. Кусаю губы и сдавленно дышу. Пытаюсь не разлететься на осколки окончательно.

Что он хочет, чтобы я сказала?

И так все понятно.

— Я жду, Яна, — хмурится и упирается в меня грудью.

Это касание похоже на разряд тока, оно пронзает меня насквозь.

Никогда ещё не было столько эмоций от простых касаний. Рука скользит вдоль тела и тормозит у ладошки, мягко касается подушечками и перехватывает меня за пальцы.