Книга Девочка Дракона, страница 40 – Юлия Четвергова

Но я заставлял себя сидеть на месте. Сидеть и смотреть на то, как та, что строила из себя саму невинность, на деле оказалась не лучше подруги. Теперь я понимал, на какой почве они спелись. И повздорили, наверняка, из-за меня. Не поделили между собой, кому достанется очередной трофей. И Юля из принципа решила избегать меня, ища рыбку покрупнее.

Я с силой зажмурил глаза и убеждал себя дышать глубоко и равномерно. Но дыхание то дело срывалось.

Ещё и Кир подливал масла в огонь. То невзначай положит руку поверх её руки, то приобнимет. И девчонка даже не сопротивлялась. Лишь избегала смотреть на меня.

Правильно, видимо, давным-давно забытая совесть проснулась в кой-то веки. Хотя нет… Скорей всего, боится, что я кому-то растреплю о том, что её образ невинности всего лишь маска. На которую ведутся такие дебилы, как я, к примеру.

А ведь я даже…

Не выдержав, вскочил со стула.

— Я скоро вернусь. Подышу свежим воздухом. — бросил родным.

И, не оборачиваясь, рванул в сторону балкона.

Да, я трусливо сбегал. А всё потому, что дурак. Потому что поверил, что в этом гадюшнике нашего университета может быть та, которой не нужны твои деньги. Та, у которой в груди настоящее сердце, а не продажный кусок мяса.

Стоя на балконе, вглядывался вдаль. Уже третья сигарета не приносила облегчения. Сердце бешено колотилось в груди. А ещё хотелось кого-нибудь убить.

— Ты чего нервный такой сегодня?

Кир…

Мне стоило огромных усилий не впечатать кулак ему в лицо с разворота. Поэтому я молча стоял и не шевелился. Ибо соблазн был слишком велик. Но где-то на задворках я понимал, что он просто попал под горячую руку. И сам ещё не осознает во что вляпался. В какую паутину затянула его блондинка со снежной фамилией.

— Ромыч? — голос брата доносился будто сквозь вату.

— Денёк выдался непростой.

— Это из-за неё?

Вот тут я уже не выдержал и обернулся.

— Из-за кого? — решил врубить дурака.

Хотя… И врубать не надо.

— Мне сделать вид, что я не в курсе? — иронично протянул Кир и нагло вытащил из моей пачки сигарету, прикурив. — Бросал бы ты это дело. — кивнул на никотиновый яд.

— Пытался.

— Зачем девчонку травишь? Хорошая же.

Ага, хороша. Так хороша, что решила ещё и отомстить, выбрав из всего универа моего брата. Ничего не скажу. Месть вышла отличной. Провела меня, как несмышленого мальчишку. Если бы мог, выдал бы ей премию «лучшая змея этого месяца». Пригрел на груди, называется… Даже свою берлогу тайную ей показал.

Идиот.

— Уже проверил что ли? — не удержался от ехидства. А у самого в груди дыхание спёрло в ожидании ответа.

— А если и проверил то что? — облокотившись на перила, брат взглянул на меня.

Внутренности обожгло, и я с трудом сглотнул вязкую слюну.

— Уведи её отсюда. Ей здесь не место. — сдавленно прохрипел, понимая, что от моей вменяемости осталось совсем чуть-чуть.

Хотелось добавить: «Или я точно сорвусь с катушек», — но вовремя сцепил зубы, проглатывая и это

— Вы с мамой прям два сапога пара. Та тоже весь вечер её взглядом пожирает. А теперь ещё и ты.

Затушив сигарету, Кир развернулся, чтобы уйти, но в дверях остановился. Произнёс:

— Оставь её в покое, Ромыч, хватит издеваться над ней всем универом. Она этого не заслуживает. Имей в виду, что если не прекратишь, мы будем по разные стороны баррикад. Я сделаю всё, чтобы тебе помешать травить ни в чём неповинную девочку.