Книга Твое персональное Чудо, страница 95 – Ярослава А.

— Знаю, конечно, — процедила я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Страшно даже представить, что мог понаписать этот мерзкий индюк. Ничего святого у человека нет! А я его еще жалела, пыталась оправдать подлость воспитанием. Верно, она у него на уровне ДНК зашифрована.

От переживаний у меня даже ноги подкосились. Чуть покачнулась, но твердая рука, внезапно оказавшегося рядом Богданова, придержала меня за локоть. Я бросила на него благодарный взгляд и отчего-то сразу почувствовала себя увереннее.

— Добрый день, — сухо и по-деловому поздоровался Алексей, — Могу я увидеть постановление на внеплановую проверку?

— А это еще кто такой? – строго посмотрела Мария Степановна, — Ваш новый сожитель?

— Что значит «новый»? – обалдела от такого наезда, — Вы так сказали, будто они у меня каждый месяц меняются.

— Мы-то не знаем, а вот соседи ваши поговаривают, что меняются.

— Это, я так понимаю, вам Попов сказал, — зло выплюнула я и хотела еще много чего добавить в адрес этого мерзавца, но Богданов мягко сжал мой локоть, как бы намекая, что лишние эмоции, ни к чему хорошему не переведу и взял инициативу в разговоре в свои руки.

— Во-первых, я не сожитель, а жених Елизаветы, во-вторых, меня зовут Богданов Алексей Эдуардович. Можете, себе пометить, чтобы не забыть.

— Это еще зачем?! – чуть ли не взвизгнула Альбина Геннадьевна.

— А затем, — вкрадчиво произнес Алексей, — Что мы с вами теперь будем очень часто встречаться на территории вашего отдела. Вероятно, даже в кабинете вашего начальника.

— Да что вы…, — начала было возмущаться Альбина, как наткнулась на холодный взгляд Богданова и поперхнулась воздухом.

— В-третьих, вы сейчас уедете и вернетесь сюда, только когда у вас будет постановление о внеплановой проверке и копия жалобы гражданина Попова. Елизавета Григорьева имеет право с ней ознакомиться и при обнаружении информации, унижающей ее честь и достоинство, может подать в суд на гражданина. Вопросы есть?

Вопросов у дам не было.

Одна громко пыхтела себе под нос, так что очки начали потеть, вторая, прищурившись коброй, глазела на Богданова.

Так и уехали они ни с чем, на радость мне и к молчаливому удовлетворению моего «жениха» .

— Что-то я не помню предложения руки и сердца? – хитро поинтересовалась я у мужчины, когда за инспекторшами закрылась дверь калитки, и их служебный автомобиль умчал трепать нервы какой-то другой семье.

— А ты хочешь предложение? – иронично вскинул брови Богданов, — Так мы быстро организуем.

— Не надо! – рассмеялась я, — Я пока не готова к такому серьезному повороту событий.

— Зато я готов! – с жаром воскликнул мужчина, — Но буду терпеливо ждать, как и положено настоящему мужчине. Вот только быть «сожителем» мне как-то не очень комфортно. Быть «женихом», согласись, гораздо приятнее?

— Вы посмотрите, какие мы нежные, - хмыкнула в ответ и повернулась к Кате, которая подбежала к нам с дольной мордашкой.

— Мама, а папа сказал, что он твой жених. Это правда?!

— Э-э-э-э, — самое умное, что я могла сказать в ответ на этот провокационный вопрос и беспомощно посмотрела на Богданова, надеясь, что он найдет в себе силы развеять хрупкую детскую радость.

А он вместо этого широко улыбнулся и подмигнул дочери:

— Правда, ягодка. Правда. Ты готова отдать маму за меня замуж?