Книга Твое персональное Чудо, страница 88 – Ярослава А.

Какое-то время, прикрыв лицо руками, Богданов позволяет мне выместить на себе весь гнев и после того, как мой запал иссякает, иронично вскидывает бровь:

— Так, значит, ты обо мне переживала?

— Сейчас…еще…получишь, – задыхаясь, грожу кулаком я, а у самой под сердцем колет, дыхалка, как у загнанной лошади.

Божечки! Так и до инсульта недалеко.

— Водички дать? – спрашивает мужчина.

— Давай, — киваю я, потому что пить и вправду очень сильно хочется.

Пока я, трясущимися руками, взявшись за стакан, по глоточку пью воду, Богданов достает кастрюлю борща из холодильника и ставит на плиту.

— Ты же не против? – с опаской поглядывает на меня.

— А если против, то что? – прищуриваюсь я.

На мгновение мужчина зависает, а потом буднично так сообщает:

— Тогда мне точно придется на тебе жениться.

— Зачем? – удивленно хлопаю глазами я.

— Тогда-то уж мне точно не придется спрашивать разрешения. Ты будешь моя, а значит, автоматически все твои борщи тоже мои.

— Знаешь что!

— Что?

— Размечтался ты, Алешенька.

— Да, знаю…знаю…

Буквально через пару мгновений шумной гурьбой в дом заваливаются дети.

— Мама! – кричит Саша, — Смотри, нам баба Шура дала конфет!

Он летит, не разбирая дороги в кухню, и с размаху налетает на Богданова. Тот быстро сориентировавшись подхватывает мальчика .

— Санька, осторожнее надо носиться, — прям, как настоящий отец, журит он его.

— Дядя Леша! – не веря своим глазам, во все горло орет мальчик, — Катька, Мишка, смотрите, это же дядя Леша приехал!

А дальше я наблюдаю картину, от которой непривычно щемит сердце, а к глазам снова подкатывают слезы – дети всей гурьбой, визжа от радости, виснут на Богданове.

— Ура! Ура! Наш дядя Леша приехал!

А он их всех обнимает, целует макушки и смеется:

— Рано радуетесь. Я к вам без подарков.

Но подарки детям не нужны. Они искренне радуются ему самому. Катюша так и вовсе забирается мужчине на руки, что-то шепчет на ушко и целует в небритую щеку. Богданов в этот момент выглядит растерянным и даже ошеломленным, а мне жутко интересно, что же такое сказала ему дочь.

После того как первая радость от встречи улеглась, дети умяли в два присеста все вкусняшки и отправились смотреть мультики, я встала напротив Алексея, уперла руки в боки и засыпала его требовательными вопросами:

— Может, ты все же расскажешь, что с тобой приключилось, где ты пропадал и где вообще твоя машина? На чем ты сюда приехал?

— На автобусе, — невозмутимо ответил он, уминая пирожок.

Господи, этот мужчина хоть когда-то наестся?! Ощущение, что у него не желудок, а черная дыра.

— На каком таком автобусе? – рявкнула я.

— На обычном, номер сто двенадцать «в».

— Так. А вот с этого места поподробнее, пожалуйста. Ко мне приезжала твоя Серафима и разыскивала тебя, говорила, что ты пропал без вести, но вот ты здесь, без машины в таком виде. Где ты вообще лазил?

— В лесу, — вздохнул Алексей и отложил пирожок, — Вляпался, я в одно дело неприятное. Теперь вот, разгребаю последствия.

— Прелестно, — отчеканила я и села рядом с ним, — Подробностей я, так понимаю, не дождусь.

— Естественно, — обезоруживающе улыбается он, берет мою ладонь и неожиданно нежно целует в самую серединку, — Тебя надо познакомить с моей мамой. Она тоже мастер устраивать допросы.

Место поцелуя горит, распространяя по телу приятные теплые волны, чувствую, что краснею и неловко высвобождая свою ладонь из крепкого захвата мужских пальцев.