Онлайн книга «Ты - наша»
|
— Вот как? — хмыкает он, а затем мягко проводит губами по моей шее… Ой… Ежусь от неожиданно сладких мурашек, прерывисто вздыхаю, — а со стороны и не скажешь… К тому же, у нее жених имеется… Да, малыш? — Ага… — мой хриплый голос удивляет даже меня саму. Что это нашло такое? Отходяк, что ли, после стресса? — Жених? — Тошка удивленно таращится на меня, — ты согласилась? — Не твое дело! — Бля… Вась… Не надо, — Тошка забывает про Лиса, который все еще держит меня, зарываясь носом в распушившиеся волосы и дыша все возбужденней, смотрит только на меня. И глаза у него, словно у брошенного щенка, больные и жалкие, — Вась… Нахера он тебе? Я же все сделаю, слышишь? Я молчу, не зная, что отвечать, опускаю взгляд. Пусть думает, что хочет. Может, отстанет от меня. Правда, с Лисом и Камнем это, похоже, не совсем сработало… Тошка, так и не дождавшись от меня ответа, кривится от злобы, сплевывает на пол: — Ну и дура! Так тебе и надо, овце! — Не надо девушке грубить, Весик, — угрожающе хрипит над моей макушкой Лис, но Тошка, больше не отвечая ничего, обходит нас по касательной и исчезает за дверью. А мы с Лисом остаемся стоять в прежнем положении. И с каждым мгновением мне это положение кажется все менее безопасным. Повожу плечами, пытаясь высвободиться и с напряжением ожидая, что меня сейчас не отпустят… Но Лис расслабляет объятия, позволяя мне выскользнуть. А затем легко теснит именно туда, куда не дотащил только что Тошка, под лестницу. Отступаю, затравленно глядя в его серьезное лицо, прикидываю, как выбираться буду из очередной ловушки. Боже, не универ, а полоса препятствий! Моя спина упирается в стену, а татуированные ладони Лиса — по обе стороны от лица. — Ну, а теперь серьезно, малыш, — говорит он, напряженно глядя на меня, — про жениха, выходит, правда была? 29 Я с недоумением смотрю в серьезные жесткие глаза Лиса, молчу. Надо же, каким разным он может быть! В последнюю нашу встречу, помнится, этот наглец изображал такого крутого бед-боя, настойчиво лапал меня, целовал, предлагал всякие гадости, покупал даже… А сейчас требует отчета, словно он… Он имеет на это право! Как же задолбали мужчитны, считающие, что имеют право на меня! — А зачем мне врать? — Например, чтоб набить себе цену… — усмехается он, и я тут же понимаю, что снова обманулась в оценке! Лис — по-прежнему невыносимый придурок, считающий, что весь мир крутится только вокруг него! — Почему отпустил тогда? — удивляюсь я, решив не комментировать услышанный бред. — Хотел посмотреть… — он внезапно наклоняется ниже и с шумом втягивает воздух у моего виска. Едва слышно рычит возбужденно. Ах, да… Я же… Как это? “Невыносимо вкусно пахнущая дрянь”, кажется, именно так он сказал тогда… И вот надо же, знаю, что все происходящее — оскорбление, редкая гадость и совершенно не нужное мне, но внутри все подрагивает в волнении, когда Лис так близко. Хочется одновременно оттолкнуть его, избавиться от его общества, и, наоборот, потянуться, позволить стать еще ближе… Дьявольское искушение, как сказал бы брат Игорь… Воспоминания о мерзком брате Игоре не на шутку взбадривают, и я, скинув морок порока, в который невольно погружаюсь в присутствии этого живого воплощения всего самого плохого на земле, упираюсь ладонями в грудь Лиса, показывая, что не желаю, чтоб так близко стоял! Не хочу! |