Онлайн книга «Капкан Бешеного»
|
И в нем я делаю шаг вперед. К ней. * * * Нас обволакивает морок, Он дарит нежность и забвенье И совершенное горенье — Луча оконного осколок. И мы в нем тонем всем на радость. И проникаем через стену, Ведь морок — это постепенно Нас поглощающая сладость. И в этой сладости звенящей Нет ни ответов, ни вопросов. В ней ты и я, и все так просто. И поцелуй, с ума сводящий… 24. 11. 2025 Глава 9. Наше время Мое время закончилось резко. Это странно: казалось так долго… Буду я самой лучшей невестой. Будешь ты самым сказочным волком… Я удивляюсь. Сильно. Настолько, что вообще ничего не делаю. Не пытаюсь встать, отключить музыку в наушниках, там, кстати, словно саундтрек к происходящему, неожиданно врубается знакомый перелив гитарных струн. И голос Васи, такой нежно-тревожный, заполняет сознание. Мы летим над землей равнодушной И в глазах наших — полночь так сладка. Я хочу быть с тобою послушной, А ты хочешь меня без остатка. Завороженно смотрю, как заволакивает мраком холодные льдистые глаза. Он не может слышать слова Васи. Но сильные пальцы расстегивают пуговицы на темной рубашке, одну за одной. В такт музыке. Это почти эротика. И мне хочется смотреть. Когда он подходит ко мне, наклоняется и легко поднимает с пола, да так, что сразу же теряю опору под ногами, беспомощно висну в его жестких горячих руках, музыка начинает отсчитывать последние секунды наши. Секунды до… Ты получишь меня, я согласна Быть твоей и ловить отраженье Свое в яростном взгляде. Опасность— Это наше с тобою движенье. Наша вера и наше безверье. Только срок наш отмерен. С рассветом Ты останешься яростным зверем. Я останусь свободною… Где-то. Я успеваю выдохнуть. Прямо в твердо сомкнутые губы. А потом он меня целует. Так сразу жестко, жестоко даже, бескомпромиссно напирая и захватывая территорию. Ничего не могу сделать. Как-то вот странно все. Дико и тягуче. Гитарные переливы в наушниках, мягкий голос Васи, повторяющей печально: — Я останусь… Свободною… Где-то… Я не свободна. Я во власти сказочного белого волка. И он меня сожрет. Не пожалеет. И я не пожалею. Мы соприкасаемся кожей, и я даже не понимаю, что рубашка на мне расстегнута. Давно? Важно ли это? Нет… А он полуголый. И такой твердый, боже… Такой горячий! Каменный жесткий великан. Терзает меня, мучает своими губами, руками своими. Никакой ласки. Нет ее! Только жадность в его движениях, только желание забрать себе, подчинить, присвоить. И мне, глупой сломанной кукле, только и остается, что ловить его дыхание на своей коже, отчаянно пытаться найти хоть чуть-чуть того, что покажет: я не просто сиюминутное желание. Себя обмануть в этом. Он целует. Я обманываюсь. На холодной каменной столешнице, куда он сажает меня, твердо и скользко. Но это мало кого заботит. Ему плевать на мои неудобства, тем более, что он их очень конкретно решает. Просто держит так, что я не могу ерзать. И сопротивляться. Не успеваю просто! Слишком быстро! Слишком резко! Слишком… Горячо. В любой другой ситуации я бы… Наверно, я бы что-то делала, да. Но тут… Тут просто подчиняюсь. Он сдергивает с меня рубашку, рвет белье, пряжку на своих брюках, молнию. Зажмуриваюсь в этот момент. Сжимаюсь, страшась неминуемого. Следующего его движения. И понимания, что оно — неизбежно. |