Книга Твоя случайная измена, страница 99 – Мари Соль

— И о чём же твой блог?

— Да так, обо всём, — бросает сынуля.

— Ни о чём, значит, — заключает Илья.

Я тут же ему возражаю:

— Ну и правильно, что купил.

— Сколько стоит? — вопрошает Самойлов.

— Да сколько бы ни стоил! — отвечаю уверенно.

Сынуля молчит. Доедает. Он загорел, изменился. Ещё повзрослел и даже немного подрос. Или мне кажется?

— Ма, спасибо. Супер! Как в детстве, — улыбается он и встаёт в полный рост.

Подхожу, обнимаю его. Мой ребёнок! Твоё детство ещё не закончилось. Я молю, не спеши…

Пока он шумит наверху, выгребая из сумки одежду, мы остаёмся одни. Самойлов молчит. И я беру слово. Сажусь на тот стул, где сидел его сын.

— Я думаю, сегодня ему не стоит ни о чём говорить, — произношу я вполголоса.

Он последним глотком допивает свой чай.

— Как скажешь, — бросает спокойно. Как будто ему всё равно!

Смотрю на него раздражённо. Кажется, даже неопытный глаз различит между нами вражду. Но сын ещё мал, увлечён своим блогом. К тому же, он очень устал и сегодня уж точно не станет «читать между строк».

Оставшись одна, пишу Машке.

«Манюня, отбой! Дениска вернулся».

«Да ты чё? А Самойлов не съехал ещё?», — отвечает подруга.

«Мне кажется, он никогда не съедет отсюда», — пишу ей в ответном послании.

«Крепись!», — пишет Машка.

И я продолжаю крепиться. Хотя крепости — ноль. Всю истратила! Боюсь себя выдать какой-нибудь фразой, и поэтому больше молчу. Убрала записки из холодильника, наведалась в магазин. Заполнила полки съестными запасами. И стала готовить куриный бульон.

Сын всегда обожал его в детстве! Прозрачный, с жиринками. Я никогда не кидаю туда вермишель, а добавляю уже при подаче. И не лапшу! Паутинку. Так любит Денис.

До вечера сын отдыхает. Видать, тосковал по нормальной постели? Я слышу сквозь дверь его смех. Болтает с друзьями! Пускай. Самойлов сидит в кабинете. Минуя его, замечаю улыбку.

«Чему улыбаешься, гад?», — подмывает спросить. Но я прохожу с гордо поднятой головой. Пока сын не видит, стараюсь напомнить, кто в доме хозяин.

К ужину суп уже сварен. А в духовке дымится пирог. Расстаралась! Хорошо, отвлеклась от волнений.

Денис мычит, как бычок, непрерывно жуя. Прикончив тарелку бульона, тянется к пирогу.

— Я буду в технарь поступать, — говорит, словно делится планами.

— Как в технарь? — хмурюсь я.

Ему осталось учиться два года. Он пошёл в школу почти в восемь лет. День рождения осенью. И умел уже всё: и читать, и писать. И верно высчитывал сдачу, когда я посылала за хлебом в киоск. Вундеркинд, не иначе!

Илья собирался пристроить его у себя. Так что жизнь представлялась стабильной на многие годы вперёд.

— И на кого? — вопрошает Самойлов, жуя. Пришлось и его накормить! Для правдивости.

Сын отвечает:

— Хочу на механика! — говорит неожиданно. И так вдохновенно глядит сквозь меня, что я понимаю — эту идею он долго вынашивал.

Самойлов бросает кусок пирога себе в рот.

— На механика, значит? — уточняет с усмешкой, — Будешь лежать под машиной и гайки закручивать?

— Нет, — отзывается сын, — Я соберу свою собственную машину и запатентую её.

Илья приглушённо смеётся. И взглядом я упрекаю его. Мог бы хоть раз поддержать начинания сына? Хотя бы для вида!

— Железяки чинить много ума не нужно, — отвечает Илья, — Можно было вообще пару классов закончить. И зачем столько времени зря потерял?