Книга Измена. По нотам любви, страница 20 – Мари Соль

— П-понравилось, очень, — сказала, не глядя Артуру в глаза. Это было несложно. Он оказался значительно выше меня. И стоял позади. Наверное, сверху ему было видно, как дрожат мои губы, ресницы, как под тканью вздымается грудь…

— Приходи на концерт, он будет в пятницу, — предложил он, как старой знакомой.

— А… у меня нет билета, — сморозила глупость.

— Держи! — предложил, прикоснувшись ко мне тёмным флаером. На нём была надпись «Бахослужение». Я перепутала с Богом.

— Это что-то церковное? — ляпнула.

— Нет! — усмехнулся Артур и выдохнул дым мне в лицо, — Это Бах. Я не очень люблю его. Но мне дадут отыграть Е Минор.

Я не стала позориться дальше, уточнять, что такое минор. Просто кивнула:

— Приду.

— Ну, увидимся, — бросил Артур, затушил сигарету в большой металлической банке, которая служила всем пепельницей. И в которой уже была груда окурков. И ушёл.

На концерт я пришла. И, оглушённая музыкой, стояла в большом, переполненном холле. Он тоже там был. Он играл. В этот раз я не плакала. Просто внимала тому, как летят вдохновенные ноты. Как птицы, по залу! Садятся ко мне на ладонь и клюют. Я ловила их, каждую. Я утопала в смятении звуков. Мне так хотелось понять, что такое минор. Но даже в тот вечер я не рискнула спросить у него.

— Почему ты меня пригласил? — вот какой вопрос я озвучила вместо.

Артур усмехнулся:

— Ты плакала.

— Не правда, — поправила сумочку.

Мы гуляли так просто и буднично. Как гуляют с учёбы друзья. Ничего, что он только что выступил перед целым залом людей. Он играл потрясающе! Но был так недоволен собой. Говорил, что ему нужно много работать, чтобы выдержать ритм в переходе с аллегро в адажио. Что такое аллегро, адажио? Я снова боялась спросить, чтобы не выглядеть глупой.

— В тот раз, на квартире, я видел, — он смотрел на меня, сунув руки в карманы. Не касаясь руками, он всё же касался меня своим взглядом.

— Просто там было так грустно, — я пожала плечами, — А что это было?

— Шопен, — отозвался он коротко.

На следующий день я была в библиотеке. Изучала все книги на тему классической музыки. Желая узнать про Шопена, про Баха, про разных других. О которых он спросит и скажет. А я поддержу разговор! Потому, что я буду готова…

«Усь, я на пару часов задержусь. У меня ученик в шесть. Ты во сколько домой?», — пишет он.

«Бусечка, не переживай. Я на трамвае доеду. Я уже собираюсь выходить через полчасика», — отвечаю я.

Мы называем друг друга так. Уся и Буся. Парадируя пчёлок в быту и в постели. Наверно, ещё и поэтому Артюша так любит «жужжать».

«Завжикаю тебя при встрече», — тут же пишет.

«Я хочу быть завжиканной», — набиваю с улыбкой.

— И с кем ты там пишешься? С мужем? — играет бровями Мариша, редактор. Вот кто начитан по самые уши, так это она!

— Ага, с ним, — подтверждаю.

— Я слышала у них юбилей в филармонии? Твой же там будет? — вопрошает она.

— Куда же без него? — усмехаюсь в ответ.

Перед уходом решила попи́сать, нарвалась в туалете на пару коллег, возжелавших сходить в филармонию. Я им что, генератор билетов? Такой вот побочный эффект от замужества с тем, кто выступает на сцене. Все думают, что у тебя за пазухой пачка билетов. И ты только и думаешь о том, кому бы их раздать.

— Мы с мужем пойдём обязательно. Ещё месяц назад прикупили места на балконе, — отвечает Маринка. И у меня чуть ли не вслух вырывается вздох облегчения. Я с трудом подавляю его.