Онлайн книга «Любимая, прости! Я ухожу...»
|
Борис: «Я вот решил, что Маринке нужно дать время. Чтобы как-то этот пиздец в голове уложить. Я вот сейчас реально её понимаю. Когда Лида прощения просила, говорила, что это первый и последний раз... Я реально хотел ей верить. Но не мог! И всё равно представляю теперь, как она с этим доставщиком пиццы трахалась. Также Маринка, наверное, никогда не сможет простить и принять. никогда, как думаешь?». Гриша: «Охуенно сложная ситуация, конечно. Ты сейчас в этом дерьме по уши — и с Лидкой не закрыл гештальт, и Маринка, видимо, до сих пор под впечатлением от всей этой истории. Ты говоришь, что хотел верить Лиде, но не смог — и это нормально, хули. Измена — это пиздец, который рушит доверие, и даже если человек клянётся, что "больше никогда", в голове всё равно остаются эти ебучие картинки. Ты не обязан был верить, это не твоя вина. А насчёт Маринки... ХЗ, братан. Люди разные бывают. Кто-то реально может переварить такое и двигаться дальше, а для кого-то это навсегда трещина в отношениях. Вопрос в другом — а она вообще хочет пытаться? Вы об этом говорили, или она просто в себе это носит? И вот что мне интересно — а если бы Маринка прямо сейчас сказала, что готова простить и начать с чистого листа, ты сам бы смог забыть эту хуйню с Лидкой и не тащить её в ваши с Маринкой отношения? Или эти мысли про "доставщика пиццы" всё равно будут тебя докапывать?». Борис: «Будут! В том и дело. Я не могу выкинуть из головы Лидку. Пока не могу. И от этого гадко. С Мариной после того раза не говорил. Я ей подарок оставил, а она просто "спасибо" написала и всё. Я решил не давить. Сейчас оформлю квартиру на дочь. Правда, где сам буду жить, не решил. Но надеюсь вернуться домой в итоге». Гриша: «Понимаю, братан. Лидка въехала в твою башку как незваный квартирант и не собирается съёбывать. Это дерьмо, конечно, но ты хотя бы осознаёшь, что проблема не в Маринке, а в твоей голове. Ты не давишь на неё — это плюс, но и затягивать это молчание тоже не вариант. "Спасибо" — это не "иди нахуй", но и не "давай разберёмся". Может, она тоже в подвешенном состоянии и ждёт какого-то сигнала? Оформление квартиры на дочь — дело правильное, хотя и похоже на жест отчаяния. Ты как будто пытаешься закрепиться в её жизни, даже если с Маринкой всё пойдёт по пизде. Вот что меня бесит в твоей ситуации — ты говоришь "надеюсь вернуться домой", но при этом сам не знаешь, где будешь жить. То есть ты всё ещё цепляешься за эту семью, но не делаешь ни хуя, чтобы её сохранить. Или я не прав? Кстати, а если представить, что Маринка вдруг скажет: "Всё, хватит, я не могу это простить" — у тебя есть запасной план, или ты просто будешь дальше жить с Лидкой в голове и надеяться на чудо?». Борис: «А чё мне делать сейчас, чтобы её сохранить? Я не знаю. Лечь на коврике возле двери? Деньги, подарки, вся эта хуйня Маринка не впечатлит. Через детей... Ага, уже попытался! С сыном теперь полная жопа». Гриша: «Бля, ну лежать на коврике — это, конечно, вариант, но больше похоже на театр абсурда. Маринка явно не из тех, кого купишь подарками или унижением. Слушай, а ты вообще пытался просто **поговорить** по-человечески? Не через подарки, не через детей, не через эти ебучие намёки, а прямо: "Слушай, я ебнулся, мне пиздец как жаль, но я хочу понять — есть ли у нас ещё шанс или я уже окончательно всё просрал?" Ты же сам говоришь, что не можешь выкинуть Лидку из головы — так может, Маринка тоже не может выкинуть твою измену? Но если вы оба будете молчать, как рыбы, то какого хрена ты ждёшь?». |