Книга Твой Хозяин из тени, страница 94 – Кира Cherry

Мощная волна резонанса прошивает ее позвоночник до самого затылка, вышибая из легких остатки воздуха. Катя упирается лбом в стекло, оставляя на нем мутное пятно от своего дыхания. Она чувствует, как он сантиметр за сантиметром извлекает втулку, оставляя после себя жгучее чувство открытости и незащищенности. Следом на ее кожу проливается прохладное, густое масло, тягучими каплями стекая по бедрам.

Ощущения смешиваются в безумный коктейль: липкая влага смазки, вибрирующий гул внизу живота и парализующий холод окна. Она чувствует себя разобранной на части, полностью обнаженной не только перед ним, но и перед всем этим дождливым городом за стеклом. Ее тело превратилось в один сплошной оголенный нерв, жаждущий заполнить ту пустоту, которую он только что создал.

— Расслабься… просто чувствуй меня… — его шепот обжигает ухо, и Катя послушно обмякает в его руках, растворяясь в ожидании неизбежного.

Артем нависает сзади, его горячее дыхание оседает паром на холодном стекле прямо перед лицом Кати. Он медленно входит в неё — одним уверенным, тягучим движением, заполняя созданную пустоту и заставляя её пальцы судорожно проехаться по скользкому окну, оставляя рваные следы. Проникнув в нее, он останавливается, дав ее телу привыкнуть к нему. Она простонав, закусывает губу, морщится об сильнейшего натяжения в попке, но бьющие вибрации от игрушки вызывают новый поток невероятных ощущений, умножая ее возбуждение в сто крат.

Боль сливается с экстазом, внизу все горит и плавится, постукивающие вибрации по клитору вышибают искры из глаза. Не заметив сама, она качнувшись вжимается в его напряденный пресс, прося большего, уловив ее порыв он начинает тягучие движения, придерживая ладонью ее бедра.

— Тебе нравится, как я трахаю твою попку? — хрипло спрашивает, воспламеняясь от тугих толчков.

— Ох...да..., — Катя всхлипывает, запрокидывая голову ему на плечо.

Ритм дождя за стеклом сливается с ритмом его толчков, а пульсация внутри виброяйца превращает каждое движение Артема в электрический разряд, прошивающий её насквозь. Она видит их размытое отражение в темном окне: свою выгнутую спину, его крепкие руки, сжимающие её бедра, и красный ошейник, поблескивающий в полумраке как символ её добровольного плена.

— Чья ты, Катя? — шепчет он, усиливая нажим, заставляя её вжаться грудью в ледяную панораму города, — Кто, сучка, твой Хозяин? — первый шлепок по попе.

— Ты. божее. ты мой Хозяин… — срывается с её губ вместе с рваным выдохом.

Артем резко перехватывает цепь, натягивая её так, что Катя вынуждена смотреть на огни ночного мегаполиса, который кажется крошечным и незначительным по сравнению с тем хаосом, что бушует внутри неё. Он ускоряется, ведя её к финалу жестко и бескомпромиссно. В момент, когда вспышка оргазма ослепляет её, вышибая искры из глаз, Артем на пике накрывает её рот ладонью, заглушая крик триумфа и боли.

Они замирают, тяжело дыша в унисон. Дождь продолжает смывать следы этого вечера с внешней стороны стекла, но внутри, на зеркальной поверхности и в душах обоих, оттиск этой ночи останется навсегда. Он целует дрожащие плечи, бережно выходя, опуская трясущиеся ее руки, которые она не смела опустить.

Они лежат в бархатной темноте пентхауса, окутанные тишиной, которую нарушает лишь мерный шум дождя за стеклом. Тела их обессилены, а недавнее безумие оставило после себя лишь приятную тяжесть в мышцах и липкое тепло кожи. Красный кожаный ошейник, еще недавно бывший символом власти, теперь брошен в стороне на ковре — в эту минуту он не нужен, их связь прочнее любой стали.Катя, прижавшись к его плечу, лениво чертит пальцем невидимые узоры на его вспотевшей груди. Артем прикрыл глаза, его рука мерно и ласково гладит ее по голове, перебирая влажные пряди волос.