Книга Гром в моем сердце, страница 8 – Юлия Четвергова

— Я думал, твоя фантазия безгранична. — Он скептически выгибает бровь. — Ты же художник.

— Во-первых, я не художник, а во-вторых, я не выспалась и устала, как собака, чтобы в принципе думать! — Агрюсь, испытывая крайнюю степень бешенства.

— Ладно-ладно, расслабься, Веснушка. — Сдается парень, чуя, что запахло жареным. — Я уже обо всем позаботился. Держи.

Гром протягивает мне два билета в единственный элитный клуб нашего городка. Это сразу видно по красиво оформленным флаерам и огромной надписи на них. Другой «Богемы» в этих окрестностях попросту нет.

— Ты серьезно? — Я ошалело смотрю на него. — Они же… Эти два пропуска стоят, как моя месячная зарплата! Я не могу их принять.

Парень вскидывает брови, открывает рот и пару минут стоит так, глядя на меня, как на ненормальную.

— Оу-кэй… Считай билетики платой за хавчик. Да и это мне нужно вернуть Лолу. Так что я буду башлять за все подобные подставы, привыкай. И если тебя это успокоит, приглашения достались мне на халяву, как фронтмену группы.

От его вдохновленных речей меня аж перекорежило.

— В смысле — «все подобные подставы»? В смысле — «привыкай»?! Я думала, ты с первого раза управишься!

Мысль о том, что мне не единожды придется быть личным «оруженосцем» Грома и подготавливать все к его эффектному появлению, вызывает ужас.

— Ты же знаешь, какая Лола… — Он делает паузу, подбирая приличное слово. — Вредная. Придется попотеть, Веснушка, — скалится парень. И столько в этой ухмылке энтузиазма, что становится тошно.

— Знаешь, я буду молиться, чтобы карма хорошенько так прихлопнула тебя в самом конце! За все мои страдания! — шиплю разъяренной кошкой.

— Чего такая злая? ПМС? Или у Лоло научилась? Плохой пример, фу! Выплюнь каку!

— Если она так тебе не нравится, зачем возвращаешь? — настораживаюсь я, заглядывая в холодные глаза Грома.

— Сердцу не прикажешь. — Об его улыбку можно порезаться. — И давай это, без лишних вопросов. Сама сказала, что друг другу в душу не лезем. У нас с тобой чисто деловые отношения. Ты помогаешь мне, а я держу наш маленький грязный секрет в тайне. —

Пока пытаюсь осознать сказанное, оскал мажора становится откровенно злодейским.

— Завтра отдашь приглашение Лоле, она точно клюнет. Любит все пафосное и дорогое. А ты сама смотри, хочешь — приходи, хочешь — нет, — разводит руками.

— Подкараулишь ее там?

— Ага, после выступления нашей группы.

— Ну и отлично, духу моего там не будет. Деньги за еду гони, — машу ладонью.

Олег хитро щурит глаза:

— Я же расплатился дорогущими флаерами. Шутка, — добавляет, завидев мой взгляд. — По номеру телефона?

Я киваю, дожидаясь, пока придет оповещение о денежном переводе и, не прощаясь, разворачиваюсь, чтобы уйти.

На улице прохладно. Фонари светят через один. Обычно я хожу другой дорогой. Безопасной. Идти по этой стремно, но деваться некуда. Тратить деньги на такси неохота.

— Проводить? — доносится ехидный голос дьявола во плоти.

— Сама дойду. Не хочу видеть твою рожу лишний раз, бро, — выкрикиваю в ответ, выделяя последнее слово, и показываю Грому фак, чтобы хоть немного отвести душу.

Лола сидит на кухне и пьет чай, переписываясь с кем-то в телефоне, когда я захожу домой и по глупости решаю сделать себе какао. Нарываться на кого-то из домочадцев в мои планы не входило.