Книга Измена. Я не буду твоей, страница 25 – Алина Давыдова

Соус выкипает из кастрюли, и на минуту он отвлекается от нашего разговора, а я молчу, не пытаясь что-то возразить. Мне не близка эйфория супруга, потому что я понимаю: его банально разводят на деньги. Самым простейшим способом. Подманив «конфеткой», которую он никогда не получит.

Но эта мысль не злит и не раздражает. Просто опустошает меня окончательно. Я отстраненно думаю о том, что он потеряет последние наши сбережения. Почему-то нет сил даже на то, чтобы раскричаться или расплакаться.

Он просто отдаст наши деньги каким-то мошенникам. Это факт. Пора бы его принять.

— Ладно, что-то мы опять не в ту степь ушли, — Дима чешет затылок, достает тарелку и щедро наваливает туда и мяса, и макарон, и соуса.

От вида еды, приготовленной мужем, мой желудок скручивает в узел.

— Как у тебя на работе? — спрашивает мягко.

— Всё так же.

— Не передумали тебя сокращать?

— Не-а.

— Ну, оно и к лучшему. Что-нибудь другое найдешь.

— Ага.

— Лен, я придумал, как нам составить договор.

Воодушевленный донельзя муж встает за моей спиной, нежно обнимает за плечи. Я застываю каменным изваянием. Наверное, Дима понимает это как негласное согласие и перемирие — не ухожу же, значит, перестала злиться.

— Какой договор? — спрашиваю я, думая только о том, что этот вечер когда-нибудь кончится.

— Банковский, конечно. Мы его правильно с тобой состряпаем, потом ты его из-под стола вытащишь типа распечатала в своей программе. Я подмахну. Тема верная, никто даже не заподозрит. Давай я детально объясню?

Медленно поднимаюсь.

— Нет.

— Лен…

— Я сказала: нет.

— Выслушай…

Он идет за мной и пытается переубедить, хватает за локоть, но я вырываюсь. Наскоро влезаю в кроссовки, хватаю сумочку и ухожу из квартиры так быстро, пока муж не успел переодеться и пойти следом.

Отключив мобильный телефон, долго брожу по району, думая о том, что завтра же подам заявление на развод. Всё, хватит, последняя черта пройдена.

Я возвращаюсь домой за полночь, когда в окнах квартиры давно погас свет (я стояла и следила). Ложусь спать на неудобном, узком кухонном уголке, только бы не делить постель с мужем. Дима спит. Видимо, он даже не собирался бегать за мной по улицам. Тарелки навалены в раковине, мясо не убрано в холодильник.

Мне уже плевать.

* * *

Первое наблюдение про нового босса: Максим Витальевич приезжает на работу ни свет ни заря. Я-то думала прийти чуть раньше, подготовить рабочее место и встретить начальство в полной боевой готовности. Да и, если честно, дома находиться не хотелось настолько, что я забрала с собой косметичку, чтобы накраситься в туалете банка.

Но Игнатьев нарушил все мои планы.

Когда я вхожу в приемную, его дверь приоткрыта, а из кабинета руководителя уже доносятся удары по клавишам.

— Доброе утро, — заглядываю внутрь.

Игнатьев бросает на меня быстрый взгляд и вновь утыкается в монитор.

— Доброе. Раз уж вы зашли, пожалуйста, сделайте кофе.

— Сливки, сахар?

— Нет, спасибо.

Я киваю и ухожу к кофемашине, думая о том, что в первый рабочий день на новом месте выгляжу как не расчёсанная обезьянка. Надо все-таки спрятаться в туалете и привести себя в порядок, пока Игнатьев не передумал со мной связываться. Секретарша-Марина была образцом красоты и очарования, секретарша-Лена как будто только что пробежала марафон.