Книга Всё равно будешь моей, страница 33 – Татьяна Катаева

В самолёте иногда потряхивает, и в Мирославы на коже выступают мурахи. А ещё в самолёте довольно шумно, но я наклоняюсь к мышке поближе, и пытаюсь успокоить.

— Не бойся, ты прыгнешь с очень опытным парашютистом, он тебе поможет и доставит к земле в целостности и сохранности.

— А можно с тобой? — в её голосе слышится мольба и страх. — Мне бы было с тобой спокойней.

Я бы тоже хотел прижать её к себе. Хотел бы почувствовать весь её кайф, впервые секунды полета. Он подобен первому оргазму. Не уверен, что она знает, что это. Но когда вспоминаю свой первый прыжок, именно так и чувствовал.

— К сожалению нельзя. У меня слишком маленький опыт для подобных прыжков. Но, всё будет хорошо. На земле встретимся. Веришь мне?

— Верю, — скорее шепчет она, чем говорит. — Верю, — ещё более увереннее, говорит.

Мы подходим к двери, инструктор открывает дверь самолёта, и первым готовят меня к прыжку.

— Я буду ждать тебя внизу, малыш, — кричу я, и делаю шаг в голубую бездну.

Лечу вниз на скорости. Ветер щекочет участки кожи, на которых нет защиты. Руки расставлены в стороны, а глаза рассматривают землю подо мной. Это такой драйв. Сумасшедший адреналин. Давление, сердце, кровь, всё работает синхронно, и в одном направлении. Я кайфую и парю.

Мира, вместе с инструктором прыгают позже. Но я тоже их вижу. Они на небольшом от меня расстоянии. Из-за атмосферного давления, я не могу видеть её эмоций.

Когда приближаюсь на критическое расстояние к земле, резко дёргаю крючок парашюта, и поднимаюсь вверх. В голове чувствую пульс, а сердце то бьётся как сумасшедшее, то кажется, останавливается от переизбытка адреналина.

Приземлюсь на землю первым, отсоединяю от себя парашют, и отхожу от него. Наблюдаю за приземлением Мирославы. Они падают где-то в ста метрах от меня. Иду к ним на встречу.

Мира, как только отцепляется от инструктора бежит ко мне. На эмоциях она что-то кричит, но из-за ветра, который дует в противоположную сторону от меня, я ничего не слышу. А когда одуван подбегает ко мне и запрыгивает на руки, обхватывая мои бедра своими ногами, я и вовсе забываю обо всем.

— Боже… Боже… Матвей… это было лучшее, что я попробовала в жизни. Это…

Я не знаю, что на меня находит и влияет сильнее. То ли адреналин, который пока что ещё бушует в моей крови. То ли, тело Мирославы, которое как будто создано для меня. То ли её запах, который запретно близко от меня. То ли её эмоции, такие искренние и яркие. То ли это всё вместе. Ничего не соображая, я наклоняюсь к её губам, и жадно начинаю целовать.

Нет времени думать. Осознавать. Приводить правильные доводы, почему это запретно. Нет времени. Есть импульс, за которым я и следую.

Она теряется всего на пару секунд, а потом открывает рот шире, и впускает меня. Наши языки сталкиваются друг с другом, и то ли борются, то ли пытаются воссоединиться. Разряды тока прошибают всё моё тело, от кончиков пальцев ног, до кончиков волос на голове. Это круче, чем прыжок с парашютом. Это круче чем что-либо на свете. Эмоций так много. Их слишком много. А когда ещё и обхватываю руками тело, мышки, и вовсе уносит. Тонкую талию держу руками, а её грудь прижимается к моей. Её промежность, хоть и в плотном костюме, но слишком близко к моему члену.

Терзаю её губы, пока не слышу с её груди стон. Отрываюсь от неё и смотрю в глаза, и кажись, она только сейчас понимает, что произошло. Щеки моментально краснеют, а в глазах, сколько страха, что я и сам пугаюсь.