Книга Всё равно будешь моей, страница 30 – Татьяна Катаева

В конечно счёте мама меня ещё и виноватую сделала. Но мне плевать. Я так сильно расстроилась из-за телефона, что настроение в край было испорчено. Слёзы испортили мой макияж. И мне снова пришлось умыться, но больше настроения делать макияж не было.

К назначенному времени я была готова и ждала Матвея на остановке. Он сразу же заметил моё плохое настроение.

— Мир, что случилось?

От его вопроса ещё хуже стало. Такое чувство, что я не телефон разбила, а друга потеряла.

— Ничего, — пытаюсь сказать ровным голосом, но он дрожит. И как назло слёзы выступают на глазах. Сегодня у меня какой-то через чур эмоциональный организм. Реагирует на всё острее.

Матвей останавливает машину. Выходит с неё, и через пару секунд уже открывает возле меня дверь. Он приседает рядом со мной и берёт свои руки в мои. Так тепло от его касаний и приятно.

— Малыш, скажи, что случилось? — его голос звучит тихо, но с натиском. Он всё равно не отстанет от меня.

— Вот, — протягиваю ему свой смартфон. — Разбила. Он даже не включается теперь.

И я снова начинаю горько плакать. Ну, не дура то?! Красивый, богатый парень, точно меня не поймёт. Я ему недавно разбила телефон, а он на следующий день купил ещё дороже. И даже с меня не потребовал денег. А я тут плачут о своём телефоне, а он дешевле стоит, чем одежда Матвея.

— Ну, всё — всё, не плач, — он встаёт со своего места и поворачивает меня к себе и… обнимает. Я даже плакать перестаю. Вместо этого дышу им. Вдыхаю так глубоко, что запах даже под кожу проникает. — Всё решим. Успокойся. В ремонт завезём, хорошо?

Я утвердительно киваю.

Матвей занимает своё место, и мы снова продолжаем дорогу. Сегодня в обед хотела выпустить вторую статью, но из-за поломки, не смогу этого сделать.

— Давай телефон, я сейчас вернусь.

Матвея не было минут десять. Я успела закрыть глаза, и продолжала наслаждаться его запахом. Когда хлопнула дверь, я подскочила на месте.

— Боже, Матвей, напугал меня.

— Вот держи, — он протягивает мне какую-то коробку. Беру не смело, а когда открываю её, челюсть отвисает.

В коробке лежит телефон, раз в десять дороже, чем мой старый. Да на таком телефоне, я бы могла статьи писать и на сайте публиковать, и ноутбук не надо был бы. Но я не могу принять такой дорогой подарок.

— Извини, но я ничего не пойму. Что это?

— Телефон. Твой. Новый.

— Я не могу принять. Он очень дорогой.

— Это для тебя дорогой. А мне вовсе не дорого.

— Я правда не могу принять. Что я скажу родителям или Рустаму? Мама и так истерила, что я свой старый купила сама. Не верила, что выиграла в конкурсе журналистики. А что я теперь скажу, друг подарил? Прости, но я не возьму. И не проси, ладно?

— Ладно. Проехали. Давай сюда.

Матвей раздражённо забрал телефон, и швырнул его на заднее сидение машины. У меня сердце ёкнуло, боялась, чтоб не упал и не разбился. Денег же стоит сумасшедших.

Потом всю дорогу мы молчим. Матвей злой, чувствую. Руль сжимает так крепко, что костяшки пальцев белеют. И даже не смотрит в мою сторону. Я тоже от него отворачиваюсь. Смотрите, обиделся. И вообще, я в подруги к нему не набивалась. Сам предложил дружить. А друзья не дарят телефоны за сумасшедшие деньги.

Отвлекаясь от поведения Матвея, я и не заметила, что мы едем не в сторону института. А как только он повернул на выезд с города, я и вовсе напряглась.